вторник, 16 декабря 2014 г.

Война и мир Василия Верещагина

         
   

В.В. Верещагин
        
Василий Васильевич Верещагин – человек неиссякаемой энергии и поразительной силы духа, художник, воин, путешественник и писатель, прожил жизнь, полную драматических событий и завершил её трагически – в пучине Тихого океана. Случилось это 31 марта 1904 года, во время Русско-японской войны. 110 лет назад. Всю жизнь он боролся против войны и, проходя военными дорогами, рисовал правду войны, а погиб как солдат, на боевом посту, не закончив последнего карандашного рисунка в своём альбоме.
 Этим небольшим очерком Искусница отдаёт дань памяти своего великого земляка.

    Будущий художник родился 14(26) октября 1842 года в уездном городе Череповце Новгородской губернии (ныне Вологодская область). 



Дом-музей Верещагиных в г. Череповце


    Могли ли предполагать родители, состоятельные помещики, что их второй сын проживёт жизнь, полную титанического труда и приключений. Следуя по стопам своих благородных потомков, Василий должен был стать блестящим морским офицером, однако он пошел, вопреки всему, чтобы последовать за капризной музой. Он стал художником батального жанра, но и здесь двигался исключительно вопреки принятому канону. Полотна Верещагина не прославляют царей и полководцев, они повествуют о тяжком пути простого труженика солдата, реках крови, миллионах загубленных человеческих жизней. Он посвятил всё своё творчество борьбе против милитаризма и войны. Сам участник трёх войн, художник создал большие серии полотен, обозначивших коренной поворот в мировой батальной живописи, открывших новые возможности искусства, борющегося за гуманизм.
   «Передо мною, как перед художником, война, и её я бью, сколько у меня есть сил; сильны ли, действительны ли мои удары – это другой вопрос, вопрос моего таланта, но я бью с размаху и без пощады». - Так определил Василий Верещагин свою творческую задачу.
    На раме картины «Апофеоз войны» художник оставил посвящение: «Всем великим завоевателям, прошедшим, настоящим и будущим».


"Апофеоз войны"


    Перед зрителем – гора черепов на фоне сожженного города. Такие ужасные свидетельства оставлял за собой средневековый завоеватель Тамерлан. Полотно это знакомо каждому со школьных учебников. По словам художественного критика-демократа Владимира Васильевича Стасова, друга и советника Верещагина «Здесь дело не в том только, с каким именно мастерством Верещагин написал своими кистями сухую прожженную степь и среди неё пирамиду черепов, с порхающими кругом воронами, отыскивающими ещё уцелевший, может быть, кусочек мясца. Нет! Тут явилось в картине нечто более драгоценное и более высокое, нежели необычайная верещагинская виртуозность красок: это – глубокое чувство историка и судьи человечества… В Туркестане Верещагин насмотрелся на смерти и трупы; но он не огрубел и не притупел, чувство не потухло в нем, как у большинства имеющих дело с войною и убийствами: у него сострадание и человеколюбие только выросли и пошли в глубину и ширину. Он не об отдельных людях стал жалеть, а посмотрел на человечество и идущую в глубь веков историю – и сердце наполнилось у него желчью и негодованием. Что Тамерлан, которого все считают извергом и позором человечества, что новая Европа… это всё то же!». Вот почему оставляет Верещагин на раме картины своё посвящение всем, кто развязывает кровавые бойни, и кто ещё развяжет! Люди, будьте бдительны! Будьте же милосердны!
     Тяга к странствиям и живому непосредственному участию в событиях, влекли Верещагина на театр войны. В 1867 – 1869 г.г. он добровольцем участвовал в Туркестанских походах и за личную храбрость был награжден Георгиевским крестом. Итогом участия в боевых действиях стала «Туркестанская серия» картин, в которой – страшная правда войны: кровь, отрубленные головы, убитые и раненые русские солдаты.


"Смертельно раненый"


    Большую серию «Варвары» сам Верещагин называл «героической поэмой». В ней, как в кинематографе, которого тогда ещё не существовало, художник показывает развитие событий, шаг за шагом, от сцены к сцене. Зритель, как по кадрам, прослеживает по картинам ход операции от начала и до трагического завершения.


"Выслеживают

"Атакуют врасплох"

"Окружили - преследуют"

 

"Сдавайся! - Ступай к чёрту!"

"Представляют трофеи"


"Торжествуют"



    При жизни Верещагина, его картины пользовались оглушительным успехом, как в России, так и за рубежом. Он умел и любил устраивать свои персональные выставки, тратя на это значительные средства. Для того. Чтобы лучше представить свои полотна, он декорировал стены бордовым бархатом. Умел с помощью освещения добиться поразительного эффекта, используя электрические лампочки – изобретение ученого Яблочкова. Рядом с картинами выставлялись экзотические восточные экспонаты, приобретенные в поездках. Вся жизнь и все средства художника посвящались единственной цели – служению искусству. Нередко приходилось Верещагину отстаивать свой новаторский подход к творчеству, выносить нападки со стороны недругов, отбиваться от критики, бороться за своё доброе имя, когда ретрограды не верили, что одному человеку можно создать такое количество произведений. Верещагина подозревали в использовании «рабской силы». На его защиту всегда бросался друг – пылкий и мужественный Стасов.
    В 1874 году, исчерпав туркестанскую тему и с целью удалиться от недоброжелательной критики, Верещагин на два года уезжает в Индию. Эту загадочную страну художник изъездил вдоль и поперёк. С дотошностью кропотливого ученого изучая природу, историю и обычаи. Он бесстрашно поднимался высоко в горы, желая написать с натуры ледники, только чудом не замерзая. Он задыхался от тропической жары и отбивался от диких хищников. Страдал от тропической лихорадки. В эти годы верной и бесстрашной спутницей художника была его юная жена Елизавета Кондратьевна, на которой он женился, работая в Мюнхене. Впечатления от поездки в Индию отразились в многочисленных этюдах и картинах.


"В индийском храме"

"Мавзолей Тадж-Махал"


"Всадник и воин в Индии"




    Для работы над большими полотнами Верещагин приобрёл, и оборудовал себе мастерскую под Парижем, состоящую из двух помещений: зимнего. Длиной 25 метров и летнего. Круглого. Вращающегося по рельсам, чтобы как можно дольше использовать солнечное освещение. Для чего он покинул родину и работал за границей? Он хотел жить и работать в России, и писал об этом Стасову и друзьям! Но с горечью там же и восклицал: «Батюшки мои, да мыслимо ли тут жить и работать? Тут надобно только уметь отмалчиваться…» А вот это он не умел и не хотел делать. Совершенно не терпел никакого диктата. Ушёл из Академии художеств. Отказался от звания профессора Академии. Понятие свободы связывал с чувством независимости.
     В 1877 году началась русско-турецкая война, и Верещагин, конечно, не усидел дома.
    « …Я оставил Париж и работы мои не для того только, чтобы высмотреть и воспроизвести тот или другой эпизод войны, а для того, чтобы быть ближе к дикому и безобразному делу избиения; не для того, чтобы рисовать, а для того, чтобы смотреть, чувствовать, изучать людей» - объясняет своё стремление художник.


В.В. Верещагин перед
поездкой на Балканы


    В апреле 1877 года Верещагин выехал к армии, где был причислен к составу адъютантов главнокомандующего М. Скобелева, без права на казенное содержание. Это давало художнику желаемую свободу действий. И он снова рисковал головой. Получил ранение, но продвигался дорогами войны с поразительной настойчивостью и упорством. Верещагин, переходя с армией Скобелева, зимой, через Балканы, хладнокровно делал зарисовки во время боёв, вглядывался в лица измученных солдат, убитых женщин, осиротевших детей.


"Перед атакой под Плевной"

"Панихида"

"Скобелев под Шипкой"


    Картины, созданные Верещагиным, отражают героизм русских солдат и бездушное отношение к ним начальства. На выставках, прокатившихся по Европе и в России, полотна Верещагина снова вызывали восторг демократов, а также людей просто неравнодушных, и недовольство высших военных кругов.
    После Балканской серии Верещагину снова потребовалось сменить обстановку. Он во второй раз отправился в Индию, затем посетил Ближний восток. После этих поездок родилась «Трилогия казней», а также цикл картина на евангельские сюжеты.


"Распятие на кресте у римлян"


    И вот, удовлетворив жажду впечатлений, он возвращается в Россию, душа рвётся на Родину. Верещагин совершает поездки по старинным русским городам, пишет серые деревенские избы, церкви с тёмными иконостасами, родные русские лики крестьян, которых встречает по дороге.


"Крестьянки. Перед исповедью"


    Созданные полотна, вместе с «Трилогией казней» и палестинскими сюжетами, Верещагин показал на парижской выставке, а затем в Нью-Йорке. Он отправился туда одиноким, незадолго перед этим расставшись с супругой. В поисках музыканта, который бы сопровождал демонстрацию картин музыкой, Василий Васильевич встретил молодую талантливую пианистку Лидию Васильевну Андреевскую. После успешного показа выставки, которая с триумфом три года путешествовала по городам Америки, Лидия Васильевна стала женой художника.
    Снова семейный человек, Верещагин вернулся в Россию, чтобы работать над новой серией картин, посвященной наполеоновскому нашествию 1812 года. В глухом углу Подмосковья художник взял в аренду участок земли, на которой и выстроил дом с мастерской. 


Дом в Нижних Котлах


Мастерская в Нижних Котлах

    Он любил работать в полной тишине, не выносил, если ему мешали. «Москва, за Серпуховской заставой. Деревня Нижние Котлы» - таков новый адрес Верещагина. Несмотря на глухую местность, новый дом стоял на высоком берегу Москвы-реки, откуда можно было созерцать Кремль. Художник всегда имел при себе пистолет, а дворник по ночам обходил усадьбу с ружьем. В громадном зимнем помещении мастерской полы были застелены персидскими и индийскими коврами, по стенам развешено огнестрельное и экзотическое холодное оружие. Стена, выходящая в сад, сделана целиком из стекла. Прямо в сад приходили натурщики: солдаты в старинных мундирах с пушками, и Верещагин писал их с натуры. Так он запечатлел почти всю историю наполеоновского нашествия, начиная с Бородинского сражения и кончая позорным бегством французов.
   

"Наполеон на Бородинском поле"

"Конец Бородинского боя"


"В Кремле пожар"





"Наполеон и Лористон. Мир, во что бы то ни стало!"


"На этапе. Дурные вести"





"Зимний" портрет Наполеона


"На большой дороге.
Отступление, бегство..."


"Партизаны. Не замай - дай подойти!"



"Конец великой армии"

    С этими полотнами Верещагин объездил полмира: Санкт-Петербург, Варшава, Рига. Вильно, Гельсингфорс, Париж. Берлин, Дрезден, Лейпциг, Вена. Прага. Будапешт, Копенгаген и снова Америка. Везде толпы зрителей рвались на эти выставки, случалось, разбивала окна, сносила двери! Оглушительный триумф! В 1901 году Верещагина выдвигали на Нобелевскую премию.
    В конце 1900-х годов Василия Васильевича опять потянуло в экзотические страны. Он съездил на Филиппины, попав к самому концу испано-американской войны. Его впечатления снова воплотились в правдивые замечательные полотна. Такие, как серия о военном госпитале – безыскусный рассказ о последних минутах тяжелораненого солдата.


"Письмо к матери"



"Письмо осталось неоконченным"
    И снова прошли выставки в США, затем поездка на Кубу, встреча с будущим президентом Америки Теодором Рузвельтом.
    В 1903 году Верещагин отправился в Японию. Его давно интересовала островная страна. И он вернулся с массой этюдов и любопытных экспонатов.


"Японка"


    Василий Васильевич вернулся домой из Японии в конце ноября 1903 года, а в марте 1904-го – он снова там! 9 февраля 1904 года Россия вступила в войну с Японией, которая без объявления напала на русский флот, и Верещагин рвался в самый котёл. Он хотел запечатлеть на холсте всё, увиденное собственными глазами. Но сначала было тяжелое расставание с семьёй уже пожилого, 62-летнего художника. Его сын, тоже Василий Васильевич, в своей книге об отце, вспоминает: «… День отъезда отца на Дальний Восток был назначен на 28 февраля… Рано утром 28 февраля отец встал, напился чаю, позавтракал, простился с каждым из служащих в усадьбе, а потом прощался с матерью… Она была в таком ужасном состоянии, что уже не владела своими нервами и осталась в своей комнате. Отец встретил нас у дверей, поздоровался и молча прошёл с нами к широкому низкому плюшевому креслу… Он сел, а мы… прилепились к нему… Отец был… крайне взволнован и только молча прижимал нас к себе и нежно гладил по голове… Потом отец крепко обнял и поцеловал каждого из нас… быстро оделся, и мы слышали, как хлопнула дверь парадного входа… Вдруг мы услышали быстрые шаги отца… Отец стоял на пороге, лицо его выражало страшное волнение, а глаза, в которых явно блестели слёзы, он быстро переводил с одного из нас на другого. Продолжалось это не более одной или двух секунд, после чего он резко повернулся и вышел. То были последние мгновения, в течение которых мы его видели».
    Старая кухарка, наблюдавшая эту сцену, покачала головой и про себя вымолвила: «Вернулся! Ох, нехорошо это! Не быть добру!»



В.В. Верещагин.
Перед последней поездкой




Жена Лидия Васильевна и дети


    В марте в Порт-Артуре Василий Васильевич встретился с адмиралом С.О. Макаровым, с которым был хорошо знаком. Верещагин снова был бодр, энергия била ключом, и он принялся осматривать и зарисовывать русские корабли и матросов, принимать участие в военных операциях.
    31 марта художник вместе с адмиралом Макаровым вышел на броненосце «Петропавловск» к месту гибели миноносца «Страшный», который вместе с другим судном «Баян» столкнулся той ночью с несколькими японскими крейсерами и был потоплен в неравном бою. Адмирал уговаривал Верещагина остаться, но тот отказался, впрочем, как и всегда. Не получив никаких сведений от миноносцев, Макаров принял решение идти на сближение с противником. «Петропавловск» в сопровождении других кораблей, вышел на рейд в 7 часов 15 минут утра. В 8 часов 40 минут показалась эскадра противника. Но враг выжидал, уклонялся от крупного сражения и стремился заманить русских подальше в море. Разгадав этот замысел, адмирал Макаров счел бессмысленным начинать бой на невыгодных условиях. В этот момент на горизонте показались основные силы японцев. Макаров решил отойти на внешний рейд Порт-Артура, под прикрытие береговых батарей. И вдруг! Во время этого маневра, в 9 часов 43 минуты, в двух километрах от берега, в районе Электрического утёса, у правого борта «Петропавловска», раздался взрыв! Громадный, в два раза выше корабля, столб черно-бурого дыма и пламени взвился в небо. Затем, под мостиком, прогремел ещё врыв. А за ним – ещё и ещё! Это взрывались торпедный погреб, склад снарядов и паровые котлы. Из середины корабля вырвалась масса огня с желто-зелёным и бурым дымом. Фок-мачта обрушилась на мостик! Всё это случилось за полторы минуты! В 9 часов 45 минут «Петропавловск» начал уходить под воду. Гигантская махина скрылась в пучине, унеся с собой более 600 человек, среди которых были адмирал и художник!
    Как настоящий воин покинул строй гигантов русской живописи Василий Васильевич Верещагин, не покидая поста, с карандашом и блокнотом в руках. Осталась ненаписанной новая значительная серия картин о русско-японской войне и. вероятно, книга воспоминаний. Великий художник был также и замечательным писателем. Чудом спасшийся командир «Петропавловска» капитан Яковлев и другие, оставшиеся в живых, матросы, впоследствии вспоминали, что за секунду до взрыва видели Василия Васильевича на палубе, в распахнутом пальто, с развевающейся бородою, быстро набрасывавшим в блокноте панораму боя.
   « Я всю свою жизнь горячо любил солнце, и хотел писать солнце, и, после того, как пришлось изведать войну и сказать о ней своё слово, я обрадовался, что могу посвятить себя солнцу, но я был ещё молод тогда… Теперь и борода моя поседела, и волосы поредели, а я всё ещё не покончил с войной: призрак войны всё ещё заставляет меня изображать войну, и если мне хочется писать солнце, то я должен красть время у самого себя… Но фурия войны снова и снова преследует меня…» - так и в конце жизни признавался великий гуманист и борец против войны и милитаризма.
    Время не властно над его картинами, фурия войны продолжает носиться над планетой, и хочется закончить этот рассказ о великом баталисте словами великого поэта А.С. Пушкина: «Не может быть, чтобы людям со временем не стала ясна смешная жестокость войны».
   
   


Фотографии взяты из интернета 

Комментариев нет:

Отправить комментарий