И. Е. Репин. "Царевна Софья"

       

       В 1877 году, поработав в родном Чугуеве, Репин переехал в Москву. Здесь уже обосновались его друзья Васнецов и Поленов. С Поленовым они ещё в Париже уговорились поселиться в древней столице. Вскоре к талантливой группе живописцев присоединился Василий Суриков. Все четверо большие любители старины, они принялись изучать Москву и окрестности. Посещали Кремль и монастыри. Гуляли по улицам, переулкам, заглядывали в тупички, скрывающие свои тайны. Любовались красотой древней архитектуры, её национальным своеобразием, дорогим сердцу всякого русского человека. И, конечно, работали, без конца творили. Виктора Васнецова поразил собор Василия Блаженного, и он взялся за образ Ивана Грозного – в длинной  ферязи, узорных сапогах, с железным посохом в руке, с пронзительно-дикими глазами, стоящего в переходе кремлёвского дворца. Суриков задумал грандиозное и трагическое полотно «Утро стрелецкой казни» - хор народных голосов, на Красной площади перед «Василием Блаженным». Лиричный Василий Поленов написал «Московский дворик» - тихий и безмятежный уголок с церквями и старинной барской усадьбой.

    Репин тоже задумал и написал первую свою историческую картину «Царевна Софья Алексеевна через год после заключения её в монастырь, во время казни стрельцов и пытки всей её прислуги в 1698 году». В названии картины читатель, искушенный в истории, конечно же, заметит ошибку. Царевна Софья была свергнута Петром и заключена в Новодевичий монастырь в 1689 году, а стрельцы взбунтовались и подверглись казням, через десяток почти лет, а не через год. Трагедия Софьи заинтересовала Репина после того, как он побывал в Новодевичьем монастыре и посетил её келью с окнами, забранными решётками. Так вот где томилась старшая сестра Петра I, решившаяся на небывалое в истории Руси дело – возложить царский венец на главу девичью. «Зазорное лицо», - говорил о ней царственный брат Пётр Алексеевич. «Самой талантливой, огненной, страстной женщиной Древней Руси», назвал царевну Софью друг Репина критик В.В. Стасов. 

Парсуна правительницы Софьи

     Героиня картины Репина, дочь царя Алексея Михайловича и Марии Милославской, царевна Софья, родилась в Кремлевских палатах 17(27) сентября 1657 года. С детских лет отличалась умом, энергией, честолюбием. Вместе с братьями царевна училась у Симеона Полоцкого. Софья считала, что женщина способна править государством. Её идеалом была византийская царевна Пульхерия, правившая за неспособного брата, а позднее и за внука. Воспользовавшись болезнью брата царя Фёдора Алексеевича, Софья оставила девичий терем и появилась в его опочивальне. После его смерти 27 апреля 1682 года, вступила в борьбу с родственниками малолетнего царевича Петра, избранного на престол - Нарышкиными. В Москве и других русских городах созрело недовольство наступившим боярским правлением, особенно возвращением в столицу из ссылки боярина Артамона Матвеева, опекуна матери малолетнего царя. Началась борьба между придворными партиями, в которой Софья намеревалась победить, чтобы сохранить престол для потомков Милославской и самой править государством.  Да, до неё на Руси правили женщины – княгиня Ольга, Елена Глинская, но они были вдовами и матерями юных великих князей Святослава и Ивана Васильевича (Грозного). Умная, образованная, волевая натура, царевна Софья  завоевала доверие стрельцов, пожелавших сделать её правительницей при малолетнем Петре и неспособном править Иване. В России стало два царя,  Иван, сын Марии Милославской, и десятилетний Пётр, сын Натальи Нарышкиной. С 29 мая 1682 года царевна Софья была объявлена регентшей. Она была мудрой правительницей, стремилась к преобразованиям страны. В 1684 году велела чеканить своё изображение на монетах. С 1686 года именовала себя самодержицей. Действительно, годы её правления отмечены стремлением к широкому обновлению русского общества, но вот в Преображенском возмужал царь Пётр Алексеевич и в 1689 году произошёл разрыв между правительницей и боярско-дворянской группировкой, поддерживающей юного Петра. Лишённая царского титула, Софья была заключена в Новодевичий монастырь. Во время стрелецкого восстания сторонники  Софьи намеревались снова кричать её на царство, вместо Петра-антихриста, но потерпели поражение. После подавления бунта Софья была пострижена в монахини под именем Сусанны. Она провела в монастыре в целом 15 лет, и умерла 3(14) июля 1704 года. Перед кончиной старица Сусанна приняла схиму под именем Софии. Погребена в усыпальнице Смоленского собора Новодевичьего монастыря.  

    Репин раскрывает одну из страниц борьбы между Петром и Софьей, когда молодой царь разгромил выступившее против него стрелецкое войско, многих казнил, и приказал повесить 195 осужденных на стенах Новодевичьего монастыря. Трое стрельцов были повешены под окнами кельи Софьи, в руки их были вложены челобитные, в которых они будто бы просили её взять управление царством.

    Илья Ефимович много работал над историческими источниками и предметами быта XVII века. Он должен был создать правдивую картину, а не просто романтическую красивую вещь, какие в его время выходили из-под кисти многих художников, увлеченных историей.

И.Е. Репин «Царевна Софья»

1879 год, Москва, ГТГ

Холст, масло, 201, 8Х145, 3

    

   Очень трудной была работа по воссозданию внешнего облика главной героини. Властная, сильная и волевая царевна была некрасива. Её прижизненные изображения рисуют скорее образ правительницы, но не реального человека. Один из иноземных дипломатов, видевших двадцатипятилетнюю правительницу, писал, что Софья выглядела много старше своих лет – аж сорокалетней. Некрасивость, грубые черты лица, приземистая фигура, достались дочерям царя Алексея Михайловича от их прабабушки, Ксении Романовой. Репин создал несколько этюдов головы Софьи, подыскав соответствующих его представлению о ней и описаниям современников, натурщиц. Основной моделью для фигуры в целом, художнику послужила некая женщина, знакомая с ним, портниха. Репин написал этюд головы, очень удачный, Е.И. Бларамберг-Апрелевой, другой знакомой. Выражение ума, воли, темперамента в лице Софьи – от неё. 

Этюд к картине

    Несколько набросков были сделаны с В.С. Серовой, матери художника Валентина Серова, будущего любимого ученика Ильи Репина. Работа над образом на основе нескольких моделей, написанных с натуры, и дальше будет часто практиковаться Репиным, как и другими выдающимися создателями исторических полотен, например, Суриковым. Этот метод помогает расширить исторический образ. Художник воспринимает историческое лицо как жизненно реальное, воссоздаёт его, позволяет увидеть царевну Софью, как живую, какой её можно было встретить в жизни, обуреваемую сильными страстями, ненавидящую, но лишённую возможности сражаться с братом, который обезоружил её и заточил в монастырь.

Великолепный образ Софьи,
созданный Репиным

    Репин ставит перед собой не простую задачу – показать драму личности, раскрыть трагические переживания Софьи, страшный гнев, лютую, бессильную ярость. Как передать эти чувства в наиболее ярком их выражении? На полотне всё это написано на лице Софьи. Оно словно закаменело, но брови нахмурены, глаза вытаращены, ноздри раздуты, губы сжаты. Лицо выражает грубую решительность и сильную, дерзкую волю.  Обратите внимание на судорожно скрещенные на груди руки. Вся фигура застыла, энергия и сила скованы, но весь облик Софьи внушает страх! Вон как забилась в уголок монашка, девочка-келейница, вся в черном, и лишь глазёнки сверкают. 

Монашка. Фрагмент картины

    Образ Софьи по силе родствен образу «Протодиакона». Репин отказался от идеализации. В «мужиковатости» Софьи сказалась страсть его к изображению телесного и физического, к передаче внутренней жизни. Художника увлекает внешняя экспрессия. Репина критиковали, убеждая его, что царевна, скорее всего, металась бы в тесной келье, как тигрица в клетке, а не стояла в застылой позе. Стасов, Суриков, Третьяков, Мусоргский утверждали, что Софья менее одухотворена, чем можно было бы показать. Крамской, наоборот, одобрил  картину, считая, что репинская Софья великолепна. Такою же изобразил её А.Н. Толстой в романе «Пётр I». Да иначе и не представишь. Что за бешенство в глазах! Почти сумасшедший порыв в разметавшихся волосах. Отчаянный вопль застыл за плотно сжатыми губами. Софье тесно в келье, однако ей нет выхода отсюда. Царевна стоит спиной к иконам, она не хочет больше молиться, смиряться. В мощном облике царевны выражена сила простых чувств человека XVII столетия, опередившего своё время. На столе Софьи не рукоделие, не молитвенные принадлежности, а книги, чернильница, перья, указывающие на занятия деятельного и образованного человека.

    Советую обратить внимание на лаконичность композиции. В ней господствует одна крупная и светлая фигура Софьи – всё прочее играет подсобную роль. И фигура повешенного стрельца за окном. И сжавшаяся фигурка монашки. Они нужны для того, чтобы создать сюжет, а то бы она выглядела просто монументальным портретом. Репин сдвигает фигуру Софьи от центра и даёт в небольшом повороте. Неглубокий интерьер кельи изображен с угла, и этот приём выгодно выделяет фигуру и подчеркивает её крупный масштаб. На дальнем плане арка и освещенная свечами молельня. Репин использовал приём подсветки фигуры скрытым источником света. Софья освещена слева, а не из окна, за которым висит стрелец. Окно справа. Фигура в белом платье стоит на тёмном фоне интерьера, привлекая к себе взгляд зрителя, который уже затем обращается к светлому окну. Сдвинутый стул на первом плане тоже играет сюжетную и композиционную роль, вводя фигуру главной героини в пространство интерьера. Цветовая гамма картины построена на контрасте и переходах холодных серебристых тонов парчового платья Софьи, предметов на столе, света в окне и теплых, тёмных стен кельи, красного сукна на полу, света свечей в молельне. Это сочетание двух тональностей служит передаче душевного смятения и одиночества царевны. Дневной свет дрожит, дробится, размельчается и угасает на раскрытой книге, серебряной чернильнице и подсвечнике на столе. На белом парчовом платье Софьи, наоборот, играют отблески жаркого света свечей. Репин, как истинный художник, влюблённый в материальный мир, блестяще воссоздает его на полотне, внимательно относясь к любой детали. Обратите внимание на тёмные пятна от восковых свечей на красном сукне, которым обтянут пол – они придают картине законченность и завершенность.  

    Из писем автора картины известно, что он получил удовлетворение от своей работы. Стасову Репин написал, что сделал всё так, как хотел.

      

"Уже сами по себе шедевры". Репин в Чугуеве

   

Первые месяцы после заграничной поездки были сложными для молодого Репина, особенно в моральном плане. Его потянуло на родину «в глушь, в Чугуев». Родина придавала ему сил, давала вдохновение. Лето 1877 года, проведённое в Чугуеве и его окрестностях, действительно, оказалось плодотворным. На родине он увидел крестный ход, и это было неизгладимое впечатление, поразившее Репина социальной остротой и разнообразием человеческих типов. Насколько велик оказался контраст «простонародья» и «благородного» сословия, мирян и духовенства. Репин задумал картину крестного хода, увлекся поисками типажей и в процессе работы создал замечательные этюды, которые само собой, превратились в яркие сложные психологические портреты.

"Протодьякон" 1877 

   

    «Протодьякон» – соборный диакон. Воистину, острохарактерный типаж. На первый взгляд – он просто ужасен и велик, в смысле, огромен. Поражает буквально всем – ростом, лицом и взором. И в то же время – прекрасен. Сказочный богатырь, да и только. Уверен. Могуч. А уж голос его, должно быть, громоподобен. Иного и быть не может. А посох держит, как воин меч. Первое впечатление – величественный Илья Муромец, или же сказочный Дед Мороз.

    Но взгляните в глаза этого могучего дедушки! Да они красны, и выдают пристрастие к алкоголю и обжорству. А ещё читается в них себялюбие и духовная пустота. Увы, ничего духовного нет в облике этого церковнослужителя, всё, на что способен протодьякон, чем он может поразить паству – это пучить глаза, да издавать мощный рёв. Здесь от величия до комизма – один шаг, стоит представить протодьякона, пьяного до удивления, на Пасху. И вот уже комическое соединяется с трагическим. Подлинный самобытный портрет духовной особы, выдающийся образ создал Репин, и, следуя за Крамским, можно сказать, что художник «словно в ярости какой-то», распалённый душой, писал по холсту.

Лик протодьякона

    «Мужичок из робких» - худощавый, взлохмаченный, с окладистой бородой и светлыми глазами. Его поза, на первый взгляд, говорит о робости и скованности, но взгляните в эти глаза! Глаза выдают бурю страстей, бесстрашие и волю. Перед нами – разбойник, бунтовщик. Робость мужичка – ложная. На самом деле он весь – точно сжавшаяся пружина. Да в нем энергии через край! Вот-вот эта пружина распрямится!

"Мужичок из робких" 1877

    Мужичок-то себе на уме. Потрясает то, как Репину удалось передать блеск глаз! А борода, рыжеватая, выгоревшая на солнце, подтверждает разбойное прошлое этого человека.

    Таись, не таись, мужик, от Репина не схоронишься, он все твои тайны разгадал и выдал!

"Мужик с дурным глазом" 1877

   «Мужик с дурным глазом» - портрет Ивана Фёдоровича Радова, мужа тётушки Репина, сестры отца. Известно, что тётушка была крестной матерью художника, а крестным отцом – чугуевский портной Касьянов. Муж «крестненькой» - по профессии серебряных и золотых дел мастер – считался обладателем особого взгляда и почитался местными за колдуна. Репин, когда писал портрет своего родственника, действительно, вдруг заболел лихорадкой и впоследствии объяснял свою болезнь действием «дурного взгляда» Радова.

    Любопытен диалог Репина и Стасова в письмах друг другу. Репин рассказывает критику о своей модели: «Это Иван Радов, мастер золотых дел. Он приходится дальним родственником нашей семье и действительно имеет дурную репутацию колдуна». Стасов в ответ усмехается: «Ну, Илья Ефимович, в наш просвещенный век такая репутация просто смешит!»

    Смешно ли на самом деле? Вряд ли. Репин – мистик. Стасов – человек передовых взглядов, ознакомившись с портретом «колдуна», высоко оценил эту работу, назвав Репина художником больших задач и далеко простирающихся горизонтов:

    «Представьте себе, что такое будет то художественное создание, для которого существуют подобные этюды, уже сами по себе шедевры».

Пенсионерская поездка Репина:"считаю это время... потерянным"

         

И. Е. Репин "Садко в подводном царстве"
Этюд

     Подошла к концу учеба в Академии художеств. Вот-вот спадут академические оковы»: осталась поездка за границу, и выполнение композиции на звание академика. Репин к этому времени уже женился на сестре своего товарища Александра Шевцова - Вере Алексеевне. Он обвенчался с невестой в церкви Академии художеств и после этого сразу вернулся к прерванной работе - это ли не лучшая характеристика подвижничества? Вскоре художник стал отцом, у молодых супругов родилась дочь Вера.

    Можно было подводить некоторые итоги: с каким багажом приступил к учебе и чему выучился. Во-первых, в багаже юноши, прибывшего на учебу в столицу, имелся не только талант, но и «высокая художественная выучка», по словам И. Грабаря. В топографической школе родного Чугуева Илья получил первые уроки рисунка. Позже, работая в иконописной артели, приобщился к древней традиции иконописи. Чугуевские иконописцы славились в нескольких губерниях по соседству. Земляками Репина, работавшими на родине, были представители реалистического направления в живописи – Л.И. Персанов, И.Н. Шаманов, И.М. Бунаков. Они были первыми учителями для начинающего художника, стремящегося к вершинам искусства. Неудача Репина при поступлении в Академию, привела его в Рисовальную школу поощрения художеств, где он обучался рисунку у Р.К. Жуковского, выдающегося графика-реалиста, близкого по духу ученику.

    В Рисовальной школе Репин познакомился и сблизился с И.Н. Крамским, который стал духовным наставником юноши, стремящегося к правдивому изображению действительности. Репин начал посещать собрания художественной Артели – предтечи Общества передвижных художественных выставок.

И.Н. Крамской. «Крестьянин с уздечкой»

    В годы учебы у Репина возникли дружеские связи с В.В. Стасовым, выдающимся критиком-демократом, искусствоведом А.В. Праховым, скульптором М.М. Антокольским, живописцами В.Д. Поленовым и К.А. Савицким. 

И.Е. Репин. Портрет В.В. Стасова. 1873 г.

    Дружба с передовыми художниками укрепила демократические идеалы молодого художника, интерес к судьбе простого народа и соответственно определила жанры, работая в которых, он впоследствии создал свои шедевры. Жанровая (бытовая), историческая живопись и портрет. Академическим наставником Репина был Ф.А. Бруни, с его холодноватой классической манерой и любовью к Н. Пуссену.

Ф. А. Бруни. «Медный змий»

    С такой солидной базой в 1873 году молодой пенсионер Академии художеств, и уже автор большой жанровой картины «Бурлаки на Волге», которая привлекла внимание в Петербурге и находилась на Всемирной выставке в Вене, отправился в путешествие по дорогам и городам Европы. Илья Ефимович ехал вместе с женой. Молодые супруги сначала посетили Всемирную выставку, где выставлялись «Бурлаки», но молодой художник не нашёл там ничего интересного для себя и написал друзьям, что выставка вообще показалась ему серой. Не понравилась ему заграница! Итальянские города Флоренция и Рим скучны, привлекла только Венеция. Париж вначале вызывал раздражение, но спустя некоторое время, Репин попытался создать полотно из жизни французов. «Парижское кафе», вещь, несомненно, достойная, создана Репиным под сильным влиянием французского искусства.

И. Е. Репин. «Парижское кафе»

   

    О заграничной поездке Репин написал В.В. Стасову: «Я ничему не выучился за границей и считаю это время, исключая первых трёх месяцев, потерянным для своей деятельности и как художника и как человека». Академия художеств, по его мнению, посылала своих лучших воспитанников «не учиться, а так, околачиваться». Однако, молодой художник всё ещё был кое-что должен своей «альма матер», а именно представить на суд профессоров картину в качестве отчета о пенсионерской поездке. Репин задумал и создал большое полотно на тему русских былин, картину-фантазию «Садко в подводном царстве». Горячо взялся за работу и быстро остыл. Работал над полотном уже нехотя, и получился отнюдь, не шедевр и его «Садко» не очень тепло принят был публикой.

И. Е. Репин «Садко в подводном царстве»

    Мимо новгородского гостя Садко проплывают красавицы. то ли дочери, то ли пленницы  морского царя, или просто дивы морские? Каждая представляет одну из стран. Здесь смуглая Индия, волоокая Персия, светловолосая Англия, изысканная Франция. Садко должен сделать выбор, но ни одна из див не трогает его сердце, все они чужие для русского молодца. Но вот вдали, последняя в причудливой процессии, появляется девушка-чернавушка. Она проста и наряд её беден, но зато в ней живёт родная душа. "Эту, какова она есть, Садко предпочитает, по глубокому сердечному родству и ещё более глубокой привычке, всем остальным, каким бы то ни было красавицам всего мира", - писал Репин друзьям из Парижа. - "В этой картине выразится моё настоящее положение. В Европе, с её удивительными вещами, я чувствую себя таким же Садко".

    Утешало одно, за эту картину Репину присвоили звание академика, и он, наконец-то, сбросил академические оковы. А приобрёл её наследник престола Александр Александрович, будущий император Александр III. Теперь Илья Ефимович мог вступить в «Товарищество передвижных художественных выставок» и всецело отдаться творческим поискам. Выставки передвижников уже гремели на всю Россию, и Репину было суждено стать лучшим.

   

И.Е. Репин. "Бурлаки, идущие вброд"

  Каждая картина Ильи Ефимовича Репина имеет собственную увлекательную историю. Редко, какую картину Репин не писал бы несколько лет, года три-четыре. А то и дольше. Общая композиция обычно ясно вырисовывалась уже в первых эскизах, а затем уточнялась и незначительно изменялась. Существовали и другие решения сцены. Вот ещё один вариант «Бурлаков», хранящийся в Государственной Третьяковской галерее».

И.Е. Репин "Бурлаки, идущие вброд"

    В композиционном отношении, эта картина отличается от «Бурлаков на Волге». Бурлацкая артель движется из глубины почти прямо перпендикулярно на зрителя. Это позволило создать более компактную и менее «построенную» группу. В то же время, помешало показать разные характерные типы бурлаков. В такой композиции роль пейзажа невелика, и фигуры находятся, будто бы внутри него, а не на фоне. В «Бурлаках на Волге» - пейзаж жаркого летнего полудня при ровном, ясном освещении. «В бурлаках, идущих вброд», - дождь, надвигающиеся тучи, борьба наступающей тьмы со светом. Такая сложная игра освещения, позволяет показать состояние людей и пейзажа в соответствии друг с другом.

    Этот, второй, вариант картины, уступает первому по глубине и социальности содержания, по богатству образов, но зато превосходит тонкостью световой передачи и сложностью освещения. Таким образом, Репин стремился до конца исчерпать полюбившуюся ему тему.

    Холст датирован: И. Репин, 1872          Холст, масло. 62х97   ГТГ, Москва

Картина И. Репина "Бурлаки на Волге"

    

     

И.Е. Репин.  Автопортрет

   Но Илья Репин верил, что сумеет выразить своим полотном глубокие чувства и мысли, и с воодушевлением разрабатывал полюбившуюся тему.  Скоро он отказался от первого замысла, задуманного на резком контрасте богатства и нищеты. Тогда, на невском берегу, он впервые видел бурлаков, и ничего не знал о жизни, быте и душах этих людей. Несчастны ли они на самом деле? Илье захотелось пожить с ними рядом, приглядеться, познакомиться. Самым бурлацким краем в те годы была река Волга, и молодой живописец решил повидать великую русскую реку и познакомиться с бурлаками.

    Весной 1870 года  Илья Репин отправился дорогу с сотоварищами по учебе, Фёдором Васильевым, Евгением Макаровым и младшим братом Василием, музыкантом. В дорогу собирались основательно, собирались остановиться у какого-нибудь крестьянина на квартире на всё лето. Первый день ехали поездом, потом сели на пароход. Молодых людей поразил волжский простор – ширь реки, безграничная даль берегов, бездонная голубизна неба. Они целый день проводили на палубе, делали зарисовки в альбомах. Будто по волшебству, на бумаге рождались сверкающая вода, отлогий песчаный берег и другой – высокий, гористый, домики и островерхие колокольни.

    Илья Репин внимательно всматривался в горизонт, не покажется ли вдали тёмная полоса – цепочка оборванных фигурок. Он в нетерпении ожидал встречи со своими героями - бурлаками. Мечтал сблизиться с ними, разговаривать, писать эти лица, задубевшие на жарком солнце и сухом ветру.

    Друзья поселились сначала в небольшом городке. Домик стоял на луговом берегу, напротив Жигулёвских гор, заросших лесом. Это было неприступное, обрывистое место, серые утёсы нависали отвесной стеной над Волгой. Репина больше всего манили неисхоженные места. В поисках бурлаков конце июня художники покинули город, спустились вниз по реке и поселились в бедной деревеньке, Ширяеве, мимо которой часто проходила одна артель. Там они прожили до конца лета. Репин познакомился с бурлаками, написал много эскизов и выполнил карандашных зарисовок. Всего их было одиннадцать человек, и какие это были люди! Илья сразу влюбился в человека по имени Канин. Он выходил навстречу ватаге и шёл в ногу с Каниным. Когда бурлаки обедали, он садился рядом и делал зарисовки, отмечая каждую мелочь. Каких только замечательных историй не наслушался художник. И он буквально заболел этими людьми. Это были уже не мимолётные впечатления, а погружение в самую гущу бурлацкого быта, тесное общение с бурлацкой ватагой. Какие, оказывается, непохожие один на другого, типы, были связаны друг с другом общим трудом. Двигаясь вверх по реке, они тянули судно против течения до места, где надо было разгружать баржу. И все вместе они, отнюдь, не представлялись Репину угрюмой ватагой, замученной непосильной работой. Это было настоящее товарищество! После того, как баржу разгружали, бурлаки спускались на ней вниз по течению, брали новый груз и снова впрягались в лямки. Уважение и любовь к этим людям теперь двигали Репиным.

    Острый карандаш художника запечатлевал, как запряженные в лямки, бурлаки тянут баржу на вершину холма, как вязнут в песке их ноги, каждый шаг даётся с великим трудом.  Крутой склон не позволил нарисовать всю ватагу, хорошо видны только трое передних. Художник лишь обозначил фигуры и заштриховал.

    Затем Репин взялся делать наброски всей картины. И карандашом, и красками.

    На рисунке артель бурлаков движется по песчаной отмели, а позади них расстилается река Волга. Простор реки помогает художнику передать силу и слаженность артели. Бурлаки идут не один за другим, а свободной, но точно построенной группой. Каждый герой картины должен быть хорошо виден. Студент Академии художеств уже замечательно овладел мастерством композиции.

И.Е. Репин "Бурлаки на Волге 

     Справа внизу подпись: И.Репин 187-73     Холст, масло 131х281

    По берегу Волги, под палящими лучами солнца, 11 бурлаков тянут против течения, тяжело груженную баржу. Усталые, измученные, движутся медленно. Ноги вязнут глубоко в песке. Яркое солнце нестерпимо палит им на головы, а они, шаг за шагом, тянут, каждый свою лямку. Бесконечно тяжел путь этой ватаги.

    Самое важное для  художника было – передать натуру, создать образ каждого бурлака.

Удивительный человек Канин

    Самый любимый репинский персонаж, «вершина бурлацкой эпопеи», по словам самого художника, Канин, виделся Репину античным философом, захваченным в рабство. Художник был недалёк от истины. Канин – бывший регент церковного хора. Человек необычной судьбы, олицетворяющий лучшие черты русского народного характера: мудрость, философский склад ума, упорство и силу. Его образ Репин сделал в картине центральным. Правда, ему не сразу удалось написать занятого своим трудом Канина, к тому же, тот отличался молчаливостью, постоянно о чем-то размышляя. Не в его характере было подшучивать над товарищами и обижаться в ответ. Всегда погруженный в собственные мысли, он будто стремился ответить на все вопросы жизни, будто Сократ в поисках блага.

  «Только брови его всё выше поднимались да выцветшие серые глаза отражали небо» - вспоминал художник. Он с воодушевлением описывает своего любимого героя в книге воспоминаний «Далёкое близкое»: «Что-то в нём было восточное, древнее. А вот глаза, глаза! Какая глубина взгляда, приподнятого к бровям, тоже стремящимся на лоб… А лоб – большой, умный, интеллигентный лоб; это не простак». 

Канин

Вот лицо Канина, каким его запечатлел Репин на картине. Печальные, мудрые глаза, большой, умный лоб. Все движения – сдержанные, неторопливые, спешить некуда. Когда Канин двигался в лямке, ни одно движение, ни даже мимика лица не выдавала, насколько тяжела работа. Шагая рядом с Каниным, Репин не переставал восхищаться им, прибавляя себе ходу, чтобы не отстать.

    «Как дивно у него повязана тряпицей голова, как закурчавились волосы на шее…»

   Канин во главе бурлацкой артели

    Канин идёт во главе бурлацкой артели рядом с чернобородым, заросшим курчавым волосом, дочерна загоревшим, босоногим великаном, который сбоку смотрит на Канина. Ох, должно быть, лихой мужик, вольнолюбивый русский богатырь. «Нижегородский боец», так прозвали этого героя картины. В самом деле, лямку тянет без устали, увлекая товарищей за собой. Вероятно, шутит, работая. Повернулся к Канину и остальным, чтобы подбодрить их шуткой.

Илька-моряк

На рисунках и эскизах, есть бурлак, который идёт правее Канина, с головой, опущенной на грудь. От безысходности. От чего же боле? А среди рисунков есть портрет бурлака по имени Илька-моряк. Это человек с лицом мужественным и суровым. Особенно поражает пристальный, острый взгляд. Этот образ Репин и поместил в картину. Самого покорного бурлака, задавленного тяжелой долей, художник превратил в самого непокорного. А какая в его жилистых руках сила! Как яростно он налегает на лямку!

Бурлак с трубкой

    Немного позади, идёт высокий бурлак с короткой трубкой в зубах. Он не слишком навалился на лямку и, кажется, ни о чем не думает. Привык. На его голове шляпа горшком, с узкими полями. Такие  шляп, называли  бурлацкими.

Канин, "нижегородский борец", Илька-моряк
 и бурлак с трубкой

Ларька – самый юный из ватаги

Ларька

В артели часто встречались мальчишки. Сначала одиннадцатилетних детей ставили кашеварами, а через три года и он должен был тянуть лямку. На рисунке карандашом Ларька получился спокойным и задумчивым, с волосами, перехваченными ремешком, а вот на картине он – сплошное нетерпение, решимость и непокорность. Упрямый поворот головы. Смелый, устремлённый вперёд взгляд. Непокорные волосы бунтарски выбились из-под шапки. Горячий юноша весь в движении, вцепившись в хомут, он, кажется, готов разорвать его, выскочить из лямки. Неужели это на всю жизнь - раскалённый песок, бесконечная вода, потемневшие от пота спины товарищей, мерно переступающие ноги?

    Ларька, по сути, это молодой Канин. У них много общего. Пытливый ум, гордость, непокорность, собственное достоинство. Индивидуальные черты, того и другого, Репин раскрывает, противопоставляя молодость, юношескую чистоту, порывистость, нетерпение, неопытность и хрупкость Ларьки – мужеству, житейской мудрости, выносливости, выдержке и стойкости Канина.

Ларька, Чахоточный, старик, набивающий трубку,
калмык, солдат. грек и обессилевший бурлак

 Бурлацкая ватага собрана из людей самых различных характеров и судеб. Чахоточному мужику, отирающему со лба пот, недолго осталось тянуть лямку. Старик набивает трубку табаком, ничуть не заботясь, что устроенный перерыв увеличивает нагрузку товарищей. Вроде бы, ему ничего и не надо, кроме этой трубочки с табаком. Прошли годы – притерпелся и к такой жизни. В этом мужике – своя сила, спокойная  уверенность, терпение. «Христос терпел и нам велел». Между Ларькой и стариком видна голова калмыка. Его лицо скрывает картуз, но заметно, что это именно калмык с глазами, по словам самого Репина, «будто прорезанными осокой».  Далее – отставной солдат, один из всех, обутый в сапоги, одежда на нём поновее. Он ступает старательно, но пройдёт сотню-другую вёрст, и его одежда истреплется, он переобуется в лапти и, как говорится, «обвыкнет. Предпоследний – высокий грек. Он похож на орла, с его красивым лицом и прямым носом. Грек сердито оглядывается на баржу, где находятся хозяева – «кровопийцы». Бредущий позади всех бурлак, совсем обессилел, отстаёт от других: обратите внимание, как бессильно повисли его руки, лицо опущено вниз, перед глазами зрителя только круг его фуражки. Может, горе у него, а может, больше не в силах тянуть баржу. Одиннадцать человек. Сильные и слабые, непокорные и смирившиеся. Вместе они – товарищество, артель.

    В одних образах репинских бурлаков отражена покорность в судьбе, в других – протест и озлобление, в-третьих – невозмутимость, или привычка. Только в образе Канина сливаются черты, присущие каждому в отдельности. Он не выглядит богатырём, скорее, среднего роста, складный, коренастый и, в то же время – самый значительный. Как будто он знает больше остальных, но где она, где та самая лучшая доля и безоблачное счастье?

    «Бурлаки на Волге» - солнечная картина. Ватага бурлаков бредёт по берегу, утопая в золотом раскалённом песке. Жарким солнцем залито голубое небо, живое солнце пронизывает воду, золотит волжскую даль и парус проплывающей мимо барки. Раскалённый песок,  нежная, чуть розоватая, дымка над водой, горячий воздух, дрожащий и, будто звенящий, от зноя, переносит зрителя в полуденное время. А какие краски! Репин выбирает жёлтый, голубой и розовый, цвета со множеством их оттенков. Вглядитесь, и вы увидите как меняется желтый цвет от золотого, до блёклого, коричневатого. И бурлацкая артель, и отмель, вода, небо - написаны одними красками. Лохмотья бурлаков – голубого, желтого, розового цвета, но краски густые, мрачноватые, можно сказать, тревожные. Зато краски природы – ясные, лёгкие, радостные. В ясный, летний полдень бурлаки напоминают тёмную тучу, наползающую на золотой песок. Зато они полны силушки природной, будто отлиты из потемневшей бронзы. Работая над колоритом картины, Репин каждому герою художник подходит отдельно, выбирая цвет его одежды. На Канине – неяркая, тёмная, рубаха, в тон его неторопливым, серьёзным думам. Рубаха Ильки-моряка – красновато-лиловая. Беспокойный цвет, такой же яростный и тревожный, как пронзительный взгляд самого Ильки. Зато, будто пламенем полыхает розовая рубаха непокорного Ларьки. Как солнышко среди серых туч. Этот звонкий розовый цвет вместе с ярким румянцем на щеках не успевшего загореть паренька, рассказывает о его чистой, пылкой душе. Это самый пленительный образ репинской картины.

    Репин выбрал для своей картины не очень высокий, но сильно вытянутый в длину холст. Это позволило открыть бесконечные просторы воды и неба. Вокруг пустынно. Слева, у края воды, вниз по течению, плывёт барка под парусом. Справа дымит маленький пароходик.  Артель движется по берегу навстречу зрителю. Бурлаки только что одолели  песчаную мель – перекат. На мгновение они сбились с общего дружного шага. Трое передних снова налегли на лямки грудью, но те, что идут за ними, распрямились, используя коротенькую передышку. Это позволило Репину показать их лица и рассказать о каждом из них. Стоя перед картиной, зритель видит всех бурлаков вместе и каждого в отдельности. А когда вглядывается в одного, то видит его вместе со всеми. Напоминает игру оркестра: где у каждого инструмента свой голос, но музыка звучит, когда их голоса сливаются воедино.

    Общество по-разному принимало картину молодого живописца. По возвращении в Петербург, Репин показал свои этюды академическому начальству. «Что это? Величайшая профанация искусства!» - заворчал ректор Академии художеств, профессор Бруни. Но в это время в конференц-зал зашёл Великий Князь Владимир Александрович, вице-президент Академии. Эскизы будущей картины попали на глаза члену императорской фамилии. Удивительно, но нищие изможденные бурлаки, из последних сил тянущие тяжёлую баржу, заинтересовали высочайшую особу! Особенно один из набросков, не самый лучший. Сам Репин собирался превратить в картину совсем другой эскиз. Но Великий Князь немедленно пожелал купить у него готовую картину, и работа закипела.

    Картина «Бурлаки на Волге» была показана на выставке Общества поощрения художников в 1871 году, а затем, после второй поездки Репина на Волгу, в окончательном и значительно изменённом виде – на академической выставке в 1873 году. По мнению передовой русской интеллигенции, «Бурлаки» будили совесть, заставляли думать о судьбе народа.

    «Нельзя не любить их, этих беззащитных, нельзя уйти, не полюбив их». Нельзя не подумать, что должен, действительно, должен народу. Вся эта «бурлацкая» партия будет сниться потом во сне, через 15 лет вспомнится», - выражал охватившие его чувства Ф. М. Достоевский.

   

    На академической выставке картина появилась только перед её закрытием, а потом она перешла в собственность Великого Князя и оказалась малодоступной для публики. В 1873 году «Бурлаков на Волге» отправили в Вену на Всемирную выставку. Один из министров, не зная, что она принадлежит Великому князю, ополчился на художника: «Ну, скажите, ради Бога, какая нелёгкая дёрнула вас писать эту картину? Вы, должно быть, поляк? .. Ну, как не стыдно – русский! Да ведь этот допотопный способ транспортов мною уже сведён к нулю, и скоро о нем не будет и помину. А вы пишите картину, везёте её на Всемирную выставку в Вену и, я думаю, мечтаете найти какого-нибудь глупца-богача, который приобретёт себе этих горилл, нищих лапотников».

    Господину министру не дано было понять, что перед ним не жалкие «лапотники», а могучая, пока никем не обнаруженная сила, которая сможет, когда-нибудь смести все преграды, веками стоящие на её пути.

      Большим поклонником Репина стал художественный и музыкальный критик-демократ Владимир Васильевич Стасов. В молодом живописце, только что окончившем Академию, Стасов прозорливо увидел будушего великого мастера и гуманиста. Стасов и Репин  были близко связаны не только общностью идейных и художественных интересов, но и личной дружбой.

    «Картину «Бурлаки», пишет Стасов в статье, посвященной Репину, - я нахожу одною из самых замечательных картин русской школы, а как картина на национальный сюжет – она решительно первая изо всех у нас. Ни одна другая не может сравниться с нею по глубине содержания, по историчности взгляда, по силе и правдивости типов, по интересу пейзажа и внешней обстановки, в связи с действующими лицами; наконец, по своеобразию художественного исполнения. Это хорошо чувствовало не только большинство нашей публики и фельетонистов, писавших о ней в журналах, но и иностранцы, видевшие её… в Вене, на всемирной выставке. И английские, и немецкие, и французские художественные критики прямо называли «Бурлаков» самой примечательной и характерной картиной русского отдела, а по исполнению, по колоритности и блестящему освещению – «самою солнечною картиной» целой всемирной выставки.

    И кто же создал такое произведение, красу нашей школы? Юноша, едва сошедший с академической скамьи, едва покончивший классы. Задумана и начата была картина ещё в Академии, в антракте между 2-ю и 1-ю золотою медалью».

    Ныне картина «Бурлаки на Волге» находится в Санкт-Петербурге, в Государственном Русском музее. Приобрести её мечтал и коллекционер Павел Михайлович Третьяков, для которого Репин создал другой вариант «Бурлаков».

    Читайте следующий рассказ

И. Е. Репин. Первый в ряду гигантов

К 170-летию со дня рождения И.Е. Репина

(род. 24.07.1844 г – ум. 9.03. 1930 г.)

   

И.Е. Репин
Автопортрет

    «Искусство я люблю больше добродетели… Люблю тайно, ревниво, как старый пьяница, - неизлечимо. Где бы я ни был, чем бы не развлекался, как бы ни восхищался, чем бы ни наслаждался, - оно всегда и везде в моей голове, в моём сердце, в моих желаниях – лучших, сокровеннейших. Часы утра, которые я посвящаю ему, - лучшие часы в моей жизни. И радости, и горести – радости до счастья, горести до смерти – всё в этих часах, которые лучами освещают или омрачают все прочие эпизоды моей жизни, - так откровенно рассказывал о себе художник Илья Ефимович Репин. Это ли не образец беззаветной преданности искусству?

    Никто из русских художников XIX века не был овеян такой славой, как Илья Ефимович Репин. Вне сомнения, он - первый в ряду выдающихся художников-реалистов, как Лев Толстой – писателей. Талант Репина велик и многообразен: жанрист, портретист, исторический живописец реалистического направления. Член «Товарищества передвижных художественных выставок». Профессор живописи (1893 г.), действительный член Санкт-Петербургской Академии художеств. Обладатель почётных наград: золотой медали «За экспрессию» имени Виже-Лебрен за картину «Бурлаки на Волге» (1873 г.); памятной золотой медали и диплома «За особые труды и заслуги на поприще живописи и искусства» за портрет Е.Н. Корева на Всемирной выставке в Сен-Луисе в Америке. И.Е. Репин автор воспоминаний «Далёкое близкое», написанных в 1915 году, изданных в 1937 году, через семь лет после смерти.

Рождение мастера

     Репин увидел свет в украинском местечке Чугуеве, что на харьковщине, 24 июля 1844 года. «Я родился военным поселянином. Это звание очень презренное – ниже поселян считались разве что крепостные» - вспоминал позднее художник. Отец, Ефим Васильевич Репин, служил фуражистом и квартирмейстером в кавалерийском полку, торговал лошадьми. Мать, Татьяна Степановна, вела хозяйство и воспитывала детей. По прошествии многих лет, Репин с отвращением вспоминал жизнь в военном поселении, «аракчеевщину», шагистику, шпицрутены. Всё это происходило в обыденной обстановке и эти эпизоды сыграли большую роль в стойкости его демократических убеждений. Илюша рос любознательным и способным мальчуганом. Больше всего на свете его тянуло рисовать, или вырезать фигурки из бумаги. Будучи взрослым, он вспоминал, что у него лучше всего выходили кони, а у сестры Усти, рано умершей, «бабы в шубах». В семь лет двоюродный брат подарил ему набор красок, и он с таким рвением занялся рисованием, что у него стала идти носом кровь. Тогда родители испугались, думали, что не выживет, но Илья выздоровел и снова схватился за свои краски и больше с ними не расставался. В школе Илье учиться не пришлось. Грамоте его учил сельский пономарь, арифметике – дьячок. Сын военного поселенца, Илья поступил в военную школу на отделение топографии, но оно вскоре было закрыто, и отец, в 1858 году, определил мальчика в ученики к иконописцу Бунакову. Конечно, по настоятельной просьбе сына, горевшего желанием учиться рисовать. Почти четыре года Илья проработал в артели иконописцев, быстро освоив сложную технику росписи. Исполняя образы святых, он давал волю воображению, и священники одобряли его работы. Прихожанам нравились яркие краски, выразительные лики. Особенно удалась юному художнику «Мария Магдалина» - особенно удались заплаканные глаза мученицы. Юного живописца завалили заказами на росписи церквей, на иконы и портреты, и к 19 годам он стал признанным мастером в родном местечке.

   Однако Илья Репин мечтал о большем – о столичном городе Петербурге, императорской Академии художеств. Мечта рискованная, дорога впереди ждала крутая, но кто не рискует – остаётся безвестным. В 1863 году Илья решил ехать в Петербург, штурмовать Академию художеств, скопив 100 рублей от своих заработков. Но поступить в Академию с первой попытки ему не удалось, поскольку он не знал классического рисунка. По совету архитектора Петрова, у которого он снимал комнату, Репин поступил в вечернюю рисовальную школу на Бирже, где преподавал Н.Н. Крамской. Днём Илья метался по городу в поисках заработков, а вечером осваивал классический рисунок. Вскоре Крамской заметил талантливого юношу, и с этих пор началась их дружба. Следует уточнить, что, появившись в 1863 году в столице, Репин хотя и не стал свидетелем, но пот свежим следам и из первых уст, самого Крамского, узнал о бунте в стенах Академии художеств, когда 14 воспитанников, шедших на Большую золотую медаль, бросили вызов академическим профессорам, отстаивая право художников следовать жизненной правде. Выйдя из Академии, они основали Артель свободных художников, коммуну по примеру романа Чернышевского «Что делать?» В недалёком будущем он тесно свяжет свою творческую судьбу с группой молодых протестантов и возглавит вместе с ними реалистическое движение в русской живописи. В следующем году, получив первый номер в школе, Репин успешно справился с экзаменом в Академию и был зачислен вольнослушателем. Чтобы внести за первый год обучения 25 рублей, ему пришлось поклониться меценату генералу Прянишникову, и тот помог бедному юноше. Одна ступень была преодолена, и в конце первого курса за картину «Плач Иеремии на развалинах Иерусалима» Репин получил высшую оценку и стал студентом Академии художеств. Одновременно с учебой Репин продолжал посещать вечера у Крамского, где собирались члены Артели, и где формировались его взгляды на современное искусство.

    В Академии Репин с упорством изучал общеобразовательные науки, догоняя «интеллектуальных богачей». Его товарищами по учебе были В. Поленов, М. Антокольский, А. Шевцов, Н. Мурашко, помогавшие ему в поиске заказов, чтобы прожить в столице. Ещё через год и восемь месяцев, Репин получил Малую серебряную медаль за эскиз «Ангел смерти истребляет первенцев египетских» (1865 г.). Это была высокая ступень вверх для сына военного поселенца. Он освободился от податного сословия, получил звание художника и больше не платил за обучение.

    Правда, с наставниками Репину не повезло, ими были мастера отжившего, академического, искусства. Он учился у салонного портретиста Неффа, писавшего слащавые сцены с обнаженными нимфами в гроте, или красавицами, ряжеными под боярышень. Ректор Академии Бруни рекомендовал студентам для компоновки сюжета вырезать бумажные фигурки и двигать их по холсту, пока они не «утрясутся» в подходящую композицию. Илья Репин с юности горячо полемизировал с таким формалистическим подходом к искусству и предпочитал советоваться с Крамским. Ближайшим другом и советником Репина в скором времени, стал художественный критик-демократ В.В. Стасов. Равняясь на реалистическое творчество В.Г. Перова, Репин, хоть и успешно работал над заданиями над библейскими сюжетами, и упорно искал собственную тему. Живописные и графические работы, созданные Репиным в годы учебы могут создать впечатление некоторого раздвоения в его творчестве. Как ученик, он старательно выполнял обязательную программу, по сюжетам очень далёкую от реальности, одновременно создавая правдивые бытовые сцены из повседневной жизни и портреты близких ему людей. Эти работы, красноречиво свидетельствующие о большом таланте, мастерстве и любви к людям, можно отнести к так называемому "домашнему жанру". Вот некоторые из них.

"Приготовление к экзаменам"

Портрет Веры Шевцовой,
будущей жены Репина. 

Портрет брата

    Однажды погожим днём 1868 года, во время прогулки по реке Неве, Репин впервые увидел бурлаков. Молодого живописца до глубины души поразили измученные лица и непокорные взгляды мужиков, каторжным трудом доведённых до положения тягловой скотины. Репин буквально заболел сюжетом, и задумал сложную композицию на контрастных тонах – измождённые фигуры бурлаков на фоне гуляющих прохожих в яркий, солнечный день. Каникулы 1870 года он провёл на Волге с другом, пейзажистом Ф. Васильевым, написал множество этюдов и… отказался от «назидания» в картине. Любопытно, что привезённые в Петербург этюды, разбросанные по полу конференц-зала Академии, были замечены Великим князем Владимиром, и он пожелал купить будущую картину. Но впереди у Репина был конкурс на Большую золотую медаль и пенсионерскую поездку за границу. Пришлось браться за библейские сюжеты. В 1869 году Репин создал картину "Иов и его друзья", на которой изобразил страдающего праведника, испытуемого сатаной с дозволения бога. 

"Иов и его друзья"
Репин стремится к правде, изображая лишенного богатства, детей и здоровья (заболевшего проказой) ни в чем не повинного, Иова, который страдает со словами "Господь дал, господь взял, благословенно имя Господне". Пришедшие навестить Иова друзья его учат: "Если всякое страдание есть налагаемое богом наказание, то он должен умозаключить от своего страдания к своей виновности". Иов же возражает: "Или вы для бога будете лгать и неправду возвещать". Ибо он не грешен, а страдание посылается богом не как кара, а как средство духовного пробуждения. В конце концов, несчастный испытуемый был сторицей вознагражден - богатством, другими детьми и долгой жизнью. 

    В 1871 году он исполнил полотно «Вскрешение дочери Иаира» и завершил обучение в Академии художеств. Картина получила высокую оценку, а Репин - Большую золотую медаль вместе с правом на заграничную поездку.

"Воскрешение дочери Иаира"

   «Воскрешение дочери Иаира» - несомненно, шедевр молодого Репина. Он исполнил этот сюжет в паре с «однокашником» Василием Поленовым, по мнению некоторых искусствоведов, они равны по силе и таланту, и трудно отдать пальму первенства кому-то одному из начинающих живописцев. У Поленова девочка уже воскресла и смотрит на Христа с удивлением и испугом, чудо свершилось, у Репина  Христос только приблизился к покойнице, и все участники сцены стоят, замерев в надежде и ожидании…

   Очередной библейский сюжет не просто давался Илье Репину, он долго раздумывал, как подойти к теме, в принципе, чуждой ему, пока детская память не пришла ему на помощь, воскресив детские впечатления, картины смерти и похорон любимой старшей сестры Усти, умершей подростком. Он представил себе, как к ним домой входили прощаться люди, как стояли родители, убитые горем. Воображение художника и породило образ Христа, молодого, просто одетого путешественника, который вошёл бы к ним в эту трагическую минуту, приблизился к сестрёнке, лежащей на смертном одре, взял за руку и вернул к жизни. После четырёх месяцев бесплодных исканий Илья написал картину за несколько дней.

   Сюжет картины «Воскрешение дочери Иаира» взят из Евангелия от Марка, и относится к тем временам, когда Христос ходил по земле, творя чудеса, исцеляя и воскрешая людей.

    «Когда Иисус опять переправился в лодке на другой берег, собралось к нему множество народа. Он был у моря. И вот приходит один из начальников синагоги, по имени Иаир и, увидев Его, падает к ногам Его, говоря: дочь моя при смерти; приди и возложи на неё руки, чтобы она выздоровела и осталась жива. Иисус пошёл к ним.

Евангелие от Марка

    Репин изобразил Иисуса Христа, явившегося в дом Иаира. Все члены семьи, отец и мать девушки, замерли в ожидании чуда. На их лицах – удивление, в глазах – испуг и, одновременно, томительная надежда. Вполне жизненная сцена. Особенно хорошо поставлено освещение. Христос и девушка ярко освещены канделябром, стоящим в головах покойницы, остальные фигуры находятся в тени. Затенённость интерьера в глубине и справа, создаёт атмосферу тишины и вызывает ощущение глубокой скорби и, в тоже время, ожидания. Игра света направляет взгляд зрителя на Христа. Его лицо выражает спокойствие мудреца перед величием происходящего. Руки Христа – с напрягшимися жилами – это руки простого человека. Жест и прост и торжественен. Девушка изображена, будто спящая. Вспомните сказку о спящей царевне. Всё просто и одновременно загадочно – и дом, и люди.

Фрагмент картины: Иисус Христос и дочь Иаира.
Спокойствие мудреца перед величием происходящего

Фрагмент картины:
светильник

    Прекрасен образ старика Иаира. Скорбная красота старости удалась молодому живописцу, вероятно, навеянная ему образами Рембрандта, картины которого часто копировал Репин.

    Гамма красок картины тоже удивительно гармонична. Цветовые пятна звучат, иного определения не подберёшь – возвышенно и величаво. Страстный любитель музыки, Репин создавал полотно, находясь под впечатлением «Лунной сонаты» Бетховена.

    Картина Репина «Воскрешение дочери Иаира» хранится в Государственном Русском музее Санкт-Петербурга. Картина – таинственная, загадочная – в духе драматической сцены.

      На этой ноте Искусница заканчивает первую историю о великом Репине. Конечно, не просто всесторонне рассказать о биографии, личности и творчестве такого мастера… но автор надеется, что его читатель хотя бы захочет лично продолжить знакомство с его произведениями в музеях и библиотеках.

    Жителей города Череповца и гостей города милости просим в отдел Искусства ЦДЮБ, что на улице Архангельской, 7