Мадонны Яна ван Эйка

     «Созерцай прекрасное единство мира», - так учил философ-мистик XIV столетия Генрих Сузо. А Мейстер Экхарт восклицал: «Бог – это природа всей природы!» Красота природы и реального мира притягивала Яна ван Эйка, но прежде всего человек своего времени, он видел во всём божественный замысел. Вслед за философами-мистиками, он обожествил земную красоту. Середина и вторая половина 30-х годов XV века - это период высшей творческой зрелости мастера.

 

Ян ван Эйк. Мадонна канцлера Ролена

    «МАДОННА КАНЦЛЕРА РОЛЕНА» написана Яном ван Эйком в 1434-1435 годах. Она уже была представлена в блоге, но заслуживает более подробного описания. Это одна из самых поразительных картин в нидерландской живописи золотого века. Её заказчик. Николас Ролен, по национальности француз, происходил из небогатой и незнатной семьи, но благодаря энергии и уму, добился поста канцлера Бургундии и Брабанта, прославился, как ловкий политик и талантливый финансист, ведя дела Филиппа Доброго. Прославился он и как меценат. 

Николас Ролен

    Перед Мадонной он предстаёт без сопровождения своего святого патрона, как было принято. Это новшество, конечно, принадлежит не художнику, а самому этому могущественному человеку, или его сыну, епископу. Канцлер Бургундии уверен в себе настолько, что видит себя равным Божьей Матери. Он хоть и стоит перед ней на коленях, благочестиво сложив ладони, но изображен на одном уровне, обе фигуры одного размера. Перед зрителем в профиль - лицо властного человека: удлинённый нос, насупленные брови, тяжелый подбородок. Картина предназначалась для алтаря небольшой, вероятно, домовой, капеллы канцлера. Символический язык её был хорошо понятен современникам. Мадонна предстаёт перед Роленом как Царица небесная, венчаемая золотой короной, которую держит над ней ангел. Пурпурный плащ красивыми складками облекает её женственную фигуру. 

Мадонна

    Нежный лик Богоматери безмятежен. Глаза опущены долу. Младенец Христос изображен в виде Царя мира. Непосредственно устроившись на материнском колене, правой рукой он благословляет канцлера. В левой руке держит сферу с крестом -  символ могущества. 

Младенец Иисус

    Тип изображения – молитвенное предстояние. Взор зрителя, отрываясь от фигур, застывших одна перед другой, невольно устремляется через тройную арку в бесконечные дали. Тройная арка – символ Троицы. За резными колоннами из яшмы и агата виден сад, клумба с лилиями. Лилии – символ чистоты Марии. У парапета гуляет павлин – символ бессмертия. Тут же скачут сороки – символ суетности. Сад богатого дворца – образ рая и невинности Девы Марии. То есть, «Закрытый сад», навеянный библейской «Песней песней»: «Запертый сад – сестра моя, невеста, заключенный колодезь, запечатанный источник». Возле стены сада гуляют люди, любующиеся рекой. Лентой извивается река, уходящая к горизонту. Лодки и барки плывут по ней, омывающей острова и заросшие лесом берега. Горизонт закрывают голубые горы, покрытые снегом. На берегах реки расположен большой город. По узким улочкам и мосту спешат жители в разноцветных одеждах. Неповторима каждая деталь картины, всё говорит о восторженном отношении художника к миру и человеку. Возможно, этот пейзаж воспринимался современниками Яна как образ Небесного Иерусалима, Града Божия. Попытки идентифицировать его с каким-то конкретным городом не имеют успеха.

 

Ян ван Эйк. Мадонна каноника ван дер Пале

    «МАДОННА КАНОНИКА ВАН ДЕР ПАЛЕ» написана в 1436 году. Лёгким сумраком окутано помещение, в котором Мадонна предстаёт перед заказчиком и святыми. Неравномерно освещенные предметы таинственно блестят и мерцают. Глубокий пурпурный цвет плаща Марии красиво сочетается с бархатистым голубым тоном её платья. 

Мадонна с младенцем

Золотисто-желтые и оливково-зелёные тона повторяются в узоре ковра и балдахина. Сияет тяжелая синяя, затканная золотым узором, мантия святого Донациана. Мягкий дневной свет золотит локоны Марии, переливается в лепестках цветов, которые она протягивает Младенцу, освещает сине-белые плитки пола, отражается от мрамора колонн. Художник умело передаёт игру бликов , возникающих от нескольких источников света. Дрожащие огоньки свечей, которые держит в руках святой Донациан, отражаются в бесчисленных украшениях его платья. Тысячи разноцветных искорок играют и отражаются на зеркальной поверхности золотых лат святого Георгия. Среди праздничного великолепия сцены, рядом со статной фигурой рыцаря, заказчик картины выделяется своей будничностью. 

Каноник ван дер Пале

Старый каноник толст и некрасив. Крупная голова втянута в плечи. Кожа лица, сухая, желтоватая. Болезненные мешки под глазами. Видно, как на висках пульсируют старческие вены. Тяжелый старческий подбородок спускается на грудь. Всё свидетельствует о прожитых годах и болезнях. Из документов известно, что каноник последние десять лет своей жизни тяжело болел. Однако характер имел твёрдый.  Взгляд маленьких глаз проницателен. Властность и жесткость чувствуются в линиях сжатого рта, пальцах, крепко держащих книгу. Художнику удался яркий, запоминающийся образ служителя церкви. Преклоняя колени перед Мадонной, непривлекательный внешне человек, становится частью прекрасного мира, в котором царит мать Христа.

Ян ван Эйк
Дрезденский триптих в открытом виде

   «ДРЕЗДЕНСКИЙ ТРИПТИХ». Алтарь, законченный Яном ван Эйком в 1437 году, имеет маленькие размеры. Вместе с рамой всего 33х27,5 см. Его использовали как переносной, во время путешествий. В закрытом виде он похож на изящную шкатулку для драгоценностей. На внешней стороне створок выполнена сцена Благовещения в манере имитации скульптуры. 

Дрезденский триптих
Закрытый вид

Фигуры архангела Гавриила и Марии напоминают изящные статуэтки из слоновой кости. Скрытые внутри картины изумительны! Словно не краски использовал для их создания художник, а самоцветы! Мадонна с младенцем восседает на резном троне, между двумя рядами стройных колонн, выполненных из мрамора и яшмы. На створках изображены боковые нефы той же церкви. В одном из них расположились архангел Михаил с дарителем, имя которого не сохранилось. 

Святая
Екатерина

В другом - святая Екатерина Александрийская, в голубом платье и короне, со своими обычными атрибутами, мечом в руке и колесом у ног, орудиями пыток, которым её подвергли. Можно бесконечно любоваться мерцанием красок, прекрасными лицами и одеждами персонажей, игрой света в оконных стёклах. Солнечные лучи золотят латы и радужные крылья архангела, пронизывают пышные локоны святой Екатерины, рассеиваются в прозрачном воздухе собора. Все предметы выписаны столь тонко, что если рассматривать их в лупу, то увеличение не обнаружит ни одного неточного мазка. За спиной святой Екатерины, в окне, виден изумительный пейзаж, всего в несколько квадратных сантиметров величиной, уводящий зрителя в мир средневекового города. Многоэтажные постройки чередуются с маленькими домиками, вдали, на фоне синих небес, встают горы. Сколько красоты, сколько жизненных подробностей! Это одно из чудес блестящего мастера, обожествившего земную красоту.

    В связи с этими творениями находятся и другие изображения Девы Марии с младенцем. 

    

Ян ван Эйк
Мадонна с младенцем, святой Елизаветой Венгерской,
святой Варварой и картезианским монахом. 1441?

 

Ян ван Эйк
Мадонна из Инс Холла. 1433?

    

Ян ван Эйк
Мадонна у фонтана
1439

 

Ян ван Эйк
Благовещение.
До 1435

    

   

    

Губерт и Ян ван Эйк. Гентский алтарь

   

Властно и гордо возвышаются старинные башни над городом Гентом (Бельгия). Величественно плывёт колокольный звон. Здесь сохранилось около 400 памятников старинной архитектуры – церквей, мостов и жилых домов. На площади Синт-Бафсплейн  возвышается 89-метровая башня собора святого Бавона, чей фасад устремляется высоко в небо.

Гент. Собор св. Бавона

        Здесь находится одно из чудес света – алтарь, создание братьев Губерта и Яна ван Эйк и, вероятно, их подмастерьев, чьи имена не дошли до нас. Это плод вдохновенного мастерства, к которому вели благочестивые намерения художников и заказчиков и глубокие теологические знания кого-то из служителей божьих, чьи имена также не сохранилось в веках. Алтарь, в виде огромного складня, был закончен в 1432 году, когда будущий главный храм города строился и богато украшался. Младший из братьев здесь предстаёт уже истинным мастером-новатором Северного Возрождения. Хотя полностью художник всё же не порывает с традициями средневекового искусства, а постепенно приспосабливает их под свои цели. По замыслу заказчиков, перед посетителями собора должна была развернуться картина средневекового представления о мире, Боге и человеке. Изготовлен алтарь из дуба, его параметры впечатляют и современного зрителя. Высота примерно 3,5 метра, ширина в раскрытом виде около 5 метров. В обычные дни створки алтаря держали закрытыми. Живопись на них выполнена однотонными красками, почти гризайльно, то есть, в серо-белой гамме. Вероятно, по замыслу роспись должна была походить на скульптуру и как бы готовить зрителя к воскресному, или праздничному пиру очей, когда перед ними раскроются эти строгие створки, вызывающие глубокое религиозное чувство умиротворения, благочестия и поклонения божественной красоте.

Гентский алтарь в закрытом виде

    Сцена «БЛАГОВЕЩЕНИЯ» в центральном ярусе, традиционная для створчатых алтарей, означает начало искупления: Христос, искупитель человеческих грехов, приходит в мир. «И сказал ей Ангел: не бойся, Мария; ибо ты обрела благодать у Бога; и вот зачнёшь во чреве, и родишь Сына, и наречёшь ему имя: Иисус».

Архангел Гавриил

    Автором «Благовещения» является старший из братьев Губерт, строго следующий средневековой иконографии. Очень крупные фигуры архангела Гавриила и Марии встречаются в простой обстановке, земной, ничего фантастического! Низкая комната с каменным полом, вечерний свет струится из небольших окон, падает на серые стены, медную посуду в стенном шкафу. В нише – латунный умывальник, рядом с ним висит чистое полотенце – атрибуты чистоты Девы Марии. Стеклянный сосуд на подоконнике под золотым солнечным лучом, сверкает, подобно маленькой звезде. Тишина, спокойствие и уют царят в жилище, умиляя верующего зрителя. Те же чувства вызывает виднеющаяся в окне улочка нидерландского города – типичный городской пейзаж.

Дева Мария

Это улица, на которой жил богатый заказчик алтаря и бургомистр Гента Иодокус Вейд: высокие многоэтажные дома с остроконечными крышами. Сцена «благовещение разделена рамами на четыре части, но состояние единого целого это не умаляет.

    Под сценой «Благовещения, в нижнем ярусе, слева и справа, написаны коленопреклоненные фигуры заказчиков, или донаторов, дарителей, реальных людей, современников братьев ван Эйков, Иодокуса Вейда и его супруги. Обе фигуры являются первыми образцами портретного искусства в творчестве Яна ван Эйка. Для них характерна некоторая скованность, сдержанные позы с молитвенно сложенными руками. И всё же, это вполне правдивые портреты супружеской четы. Иодокус Вейд – был бюргером города Гента, известным своим богатством и предпринимательством и степенностью. Он имел несколько домов, поместья, играл видную роль в жизни города. В период с 1433 – 1434 годов занимал должность бургомистра Гента. человек О его состоятельности свидетельствует объёмистый кошель. Особенно удалось художнику лицо Вейда.

Иодокус Вейд и статуя Иоанна Крестителя

    Взгляните, как на некрасивом лице переданы каждая морщинка, жилки на щеках, вздувшиеся на висках вены, морщинистый лоб с бородавками, мясистый подбородок и маленькие, заплывшие глазки, которые смотрят с недоверием, будто испытывают человека, который встречается с ними взглядом.

    Не менее выразительно изображение госпожи Изабеллы Борлют-Вейд – очень набожной, благочестивой особы.

Изабелла Вейд и статуя Иоанна Богослова

    Госпожа Вейд некрасива. Строгое длинное лицо с поджатыми губами, на котором застыла ледяная маска истинного бюргерского благочестия. Супруги – типичные богатые нидерландские бюргеры. Искренняя вера сочетается у них с расчетом, вполне трезвым отношением к жизни и деньгам. В бизнесе они активны и деловиты, таких не проведёшь. Их портреты есть символы той эпохи, связующие тот, реальный мир, с миром, изображенным над ними, миром горним, небесным. Стоя в молитвенных позах, дарители обращаются к двум центральным фигурам, точнее, изваяниям, изображающим святых Иоаннов – Крестителя и Богослова. Первый являлся патроном церкви, для которой создавался алтарь. В руках он держит агнца, напоминающий не только об искупительной жертве, но и о том, что производство шерсти было одним из источников богатства города Гента. Присутствие Иоанна Богослова тоже понятно, он являлся автором Апокалипсиса, откуда взята тема для центральной части алтаря «Поклонение агнцу».

    На самом верху, в трёх полукружьях, изображены пророки и сивиллы. Слева – пророк Захария. Справа – пророк Михей. В центре – Кумская и Эритрейская сивиллы, которые предсказали рождение Христа: в будущем царь Высочайший придёт непременно во плоти.

    Итак, строгая, скромная, блёклая живопись закрытого алтаря – преддверие к тому, что скрывается за нею. В праздничный, или воскресный, день створки распахиваются и… вот он, мир небесный, фантастический, сияющий россыпью самоцветов. Ступор мунде – изумляющий мир. От райской красоты не оторвать глаз! Стоишь и думаешь, человеком ли сотворено это, или Богом?

Гентский алтарь. Открытый вид

    Не очень ясна логика построения внутренней части алтаря. Также она разбита на два ряда, но яркой, сочной, праздничной живописи. Верхний ряд разделён рамами на семь частей. Крайние, левая и правая, фигуры – это Адам и Ева. Рядом с ними – поющие и музицирующие ангелы. Три центральные фигуры составляют одну композицию. Слева и справа восседают Дева Мария и Иоанн Богослов. В центре, на золотом троне, с хрустальным скипетром в руке – Бог-Отец.

Бог-Отец

    Черты Его лица строго симметричны и красивы. Взгляд бесстрастен. Голова с тиарой выделена на золотом фоне и окружена сиянием. Серебряная тиара и всё облачение усыпаны драгоценными камнями. Каждая деталь выписана с ювелирной тонкостью, так, что можно ощутить мягкость ткани, холод металла, прозрачность и хрупкость хрусталя. Над его головой надпись: «Это Бог Всемогущий в божественной благости (своей), милосерднейший воздаятель в безмерной щедрости своей». Внизу также надпись: «Жизнь без смерти в голове, молодость без старости спереди, радость без омрачения справа, покой без страха слева». Эта фигура соединяет в себе иконографические признаки Бога-Отца: папская тиара на голове, скипетр в руке, мирская корона лежит у ног. На парчовом фоне видна фигура пеликана, своей кровью питающего птенцов – символ Христа. Вокруг пеликана надпись: «Иисус Христос». Эта фигура, вместе с голубем, олицетворяющим св. Дух, который изображен ниже, на небе в сцене «Поклонение агнцу» и агнцем, составляет троицу.

    Но самое поразительное – это богатство цвета! Едва отрываешь глаза от рубиново-красной туники Бога-Отца – и погружаешься в сапфирово-синий цвет платья Марии. Сидящая слева Богоматерь, в синих одеждах и увенчанная короной, наполняет глаза зрителей воистину божественной красотой. Её распущенные власы струятся тёмно-золотистым потоком, а розы и лилии в короне, благоухают. В руках книга, куда направлен приглушенный ресницами, взор Девы.

Богоматерь

    Над головой Богоматери надпись: «Она прекраснее солнца и превосходнее сонма звёзд, в сравнении со светом – она выше. Ибо она есть отблеск вечного света и чистое зерцало величия Божия».

    Справа Иоанн Креститель, на его коленях – открытая книга, поднята в крестном знамении правая рука. Под драгоценным зелёным плащом видны власяница и босые ноги. Над ним надпись: «»Это Иоанн Креститель превыше человека, равный ангелам, наилучшее поле жатвы закона Евангелия, глас апостолов, молчание пророков, светоч мира, свидетель Господа».

Иоанн-Креститель

    Необычным для нидерландского искусства является изображение ангелов без крыльев, как молодых людей в роскошных одеждах. Поразительно красивы черные и красные с золотом мантии поющих и музицирующих ангелов, отороченные горностаевым мехом. Глубокий сочный цвет одеяний подчеркивается переливами драгоценных камней – зелёных изумрудов, синих сапфиров, красных рубинов,  мягким сиянием жемчужин. Цветовые пятна создают особый музыкальный ритм. Из алтаря, будто на самом деле, изливается величественная мелодия, слышатся божественные голоса. Ангелы, красивые юноши, поют, стоя перед резным пюпитром.

Поющие ангелы

    Исполнены грации и изящества тонкие руки с длинными пальцами. Каждый увлечен музыкой и проявляет к ней собственное отношение. Нежные голоса сливаются с органом, на котором играет ангел с каштановыми пушистыми волосами.

Музицирующие ангелы

    Позади органа стоят с виолончелью и арфой, но не играют, а лишь качают головами в такт музыке и отбивают кончиками пальцев в ожидании своей партии.

    Вероятно, Ян ван Эйк был человеком высокой духовной культуры, хорошо знакомым с музыкой, возможно, даже музыкантом.

    Пол в обеих сценах с ангелами выложен каменными плитками, узор которых образует то крест, то агнца, то инициалы Христа.

    И, наконец, обнаженные фигуры Адама и Евы, по краям замыкают верхний ярус.

Ева

Адам

    Прародители человечества изображены просто, как представители земного мира. До Яна нидерландское искусство не знало столь совершенной передачи обнаженного тела. Художник если и грешит в анатомии, до мельчайшей подробности передаёт складки кожи, вздувшиеся сосуды, рисунок мышц, волосяной покров. Фигуры выглядят живыми. Кажется, что Адам вот-вот выйдет из своей ниши, столь красноречиво его правая нога выступает вперёд. Фигуры Адама и Евы также сопровождены надписями: «Адам низвергает нас в смерть» и «Ева падением навредила». Вверху, в полукружьях в виде рельефов, две мелкофигурные сцены, изображающие последствия греха прародителей. Над Адамом – жертвоприношение Каина и Авеля. Над Евой – убийство Авеля Каином. Адам и Ева, написанные столь натурально, смутили императора Иосиф II Австрийского настолько, что он распорядился вынести их на чердак, как «несоответствующие приличиям».

    Нижний ярус алтаря является одной большой сценой, написанной на пяти створках. Центральная часть – «Поклонение агнцу». По бокам и в глубине – шествие праведников, апостолов, служителей церкви, святых, пилигримов, мучеников, направляющихся к алтарю, где находится жертвенный агнец. Если в верхнем ярусе поражает блеск драгоценных камней и богатство одеяний, то нижний привлекает богатством и разнообразием растений. Действие происходит на зелёном лугу, залитом ярким солнечным светом.

Поклонение агнцу

    В центре на пурпурном алтаре стоит белый жертвенный агнец, из груди которого струёй бьёт кровь в золотую чашу – олицетворение Христа и его жертвы во имя спасения человечества. Надпись гласит: «Се агнец божий, который несёт грехи мира».

Агнец

    Ниже изображены коленопреклоненные ангелы с орудиями страстей в руках, символизирующие литургическое действо, ещё ниже - источник живой воды, фонтан жизни, символ христианской веры, с надписью: «Это источник воды жизни, исходящий от престола Бога и Агнца. Вода из нижней части фонтана выливается в русло, уложенное драгоценными камнями. Она будто стекает вниз, в направлении церковного алтаря, на котором совершалась реальная служба (месса). Агнца окружает великое множество персонажей, пришедших поклониться ему. В центральной только части их изображено около двух сотен. Слева стоят на коленях двенадцать пророков, за ними выстроились патриархи, те, что жили до Христа. На переднем плане Исайя, в лавровом венке – поэт Вергилий, философы и мудрецы. Справа – коленопреклоненные четырнадцать апостолов, святые мученики с орудиями собственных страстей, папы, епископы, кардиналы. На заднем плане слева – праведники и исповедники, а справа святые девы: Агнесса с агнцем, Варвара с моделью башни, Доротея с цветочной корзиной, Урсула со стрелой.

Святые девы

    Город у горизонта – это Небесный Иерусалим, однако многие постройки имеют сходство с реально существовавшими зданиями: Кёльнским собором, церковью св. Мартина в Маастрихте, сторожевой башней в Брюгге. Пейзаж пронизан солнечным светом. Первый план занимает широкий луг: здесь и белые ландыши, и желтые одуванчики, и скромные маргаритки и фиалки, нежные лилии, ирисы и другие цветы. Луг уходит далеко в глубину, где зеленеют рощицы и заросли кустов. Растительность и на заднем плане передана во всей своей красоте: цветущие розы чередуются с виноградными лозами, ель растёт рядом с буком, видны вишни и смоковницы. Можно легко определить вид каждого растения, с такой тщательностью прорисован каждый листок. Современные ученые подсчитали, что в Гентском алтаре изображено более тридцати видов растений. Чем не иллюстрация к ботаническому атласу? Далеко у горизонта в воздушной голубизне тают синие холмы и горы. Умело переданы свет, воздушные тени и сложная игра солнечных лучей.

    На боковой створке справа первыми к агнцу направляются святые отшельники во главе с Антонием и Павлом. Старцы в длинных одеждах, с посохами в руках. В глубине видны лица Марии Магдалины и Марии Египетской.

Святые отшельники

     За ними идут святые странники, пилигримы, среди которых выделяется величиной фигура святого Христофора в красном плаще.

Святые странники

    На двух левых створках – воины Христовы и праведные судьи. Во главе святого воинства – св. Виктор и св. Мартин, св. Георгий и св. Себастьян со знаменами. По старинному преданию, два всадника на крайней левой створке – автопортреты Яна и Губерта. Здесь несомненна портретность и других персонажей, в отличие от идеализированных образов отшельников и пилигримов. Вероятно, эти рыцари – члены ордена Золотого Руна, созданного Филиппом Добрым в 1430 году.

Воинство Христово

    Тогда Праведные судьи – это бюргеры, почтенные горожане, в кругу которых вращался заказчик алтаря, богатый Иодокус Вейд.

Праведные судьи

    Пейзаж в глубине крайних створок напоминает природу Португалии, которую посещал Ян по поручению герцога. Выветренные скалы, покрытые трещинами и мхом. Апельсиновые деревья, пальмы и кипарисы. Всё цветёт. Напитанный ароматами, сам воздух, благоухает.

    Алтарь поражает разнообразием человеческих типов, богатством мимики, характерностью лиц и жестов. Обычно указывают на литературный источник, которым могли вдохновиться художники – Апокалипсис. Алтарь изображает апокалипсическое видение: Христос-Агнец объединяется с Богом-Отцом, Святым Духом, Богоматерью, ангелами, святыми и праведниками, принеся себя в жертву в благодарность за спасение людей после Страшного суда, когда преображенная земля пребывает в мире и вечном блаженстве.

    Светящиеся краски создают впечатление, что картины написаны только вчера. Неудивительно, что дивное творение братьев защищено пуленепробиваемым стеклом. Алтарь имеет такое богатое прошлое, что его история напоминает детективный роман. Неоднократно алтарь спасали в последнюю минуту от пожаров и иконоборцев, в 1566 году перенесли в помещение ратуши, где он хранился 21 год, но всё же, однажды он был захвачен кальвинистами. При испанском полководце Александре Фарнезе он был отвоёван и возвращен назад. Наполеон Бонапарт перевёз отдельные части алтаря в Париж. Некоторые его части временно украшали прусский королевский двор. Фрагменты его находились в Брюссельском музее. И только в 1920 году алтарь удалось собрать полностью. А в ночь на 11 апреля 1934 года в церкви произошла кража. Воры унесли створку, изображающую праведных судей, начались поиски и, когда один из горожан на смертном одре признался в краже и указал место прятки – стол - там ничего так и не обнаружили. Теперь эта створка заменена хорошей копией. Когда началась Вторая мировая война, бельгийцы отправили алтарь на хранение в Южную Францию, откуда нацисты перевезли его в Германию. В 1945 году алтарь обнаружили в соляных копях  близ Зальцбурга и вновь перевезли в Гент.

    И поныне, говоря словами Альбрехта Дюрера, «сверхценная живопись» Гентского алтаря  продолжает восхищать людей.

   

Ян ван Эйк
Гравюра XVI века

    Гентский алтарь открыл новую эпоху в искусстве. Следуя средневековой иконографии и почти не нарушая её основных элементов, Ян ван Эйк сумел воплотить новые представления о ценности мира и человеческой личности, послужившей основой обновления нидерландского искусства XV века.

   

    

   

   

    

Ян ван Эйк. Мастер божественной красоты

   

Ян ван Эйк
Луккская мадонна

    Между 1390 – 1400 годами в небольшом городе Маасэйке на реке Маас, а, может быть, в самой столице провинции Нидерландов Лимбург - Маастрихте,  в мир явился художник, который впервые не стремился противопоставить грешную землю горним высям, как было принято в средневековом искусстве. В алтарных образах Яна ван Эйка мир полон сиянием божественной красоты. Первые люди и первые грешники поставлены в один ряд с Богом, все персонажи полны чувства собственного достоинства, а сочные краски сияют подобно россыпи самоцветов. Воистину, пир для очей, омовение для души равным образом для людей позднего средневековья и ныне живущих. Многие гуманисты эпохи Возрождения восхищались творениями Яна ван Эйка, признавая не только живописный талант, но и образованность, не обычную для нидерландского художника. Отец Рафаэля, Джованни Санти, возносил хвалу только двум мастерам из Брюгге - «великому Иоанну» и Рогиру ван дер Вейдену: «Их искусство и умение использовать краску столь велики, что они порой превосходят само естество». Однако позднее пришло долгое забвение и только в эпоху романтизма с его интересом к средневековью, Яна ван Эйка открывают вновь. В 20-х годах 19 века появляются первые исследования, происходит научное осмысление творчества художника, по крупицам собираются сведения о его творчестве, но до сих пор биография этой звезды первой величины полна белых пятен.

    Первые упоминания о Яне ван Эйке относятся к 1422 году. Он уже известный, почитаемый мастер на службе у графа Голландии, Зеландии и Геннегау Иоанна Баварского.  После смерти герцога Иоанна в 1425 году художник переезжает в Брюгге, а оттуда в Лилль, где поступает ко двору Филиппа Доброго, которому и служит в течение последних 16 лет своей жизни. Несомненно, он становится любимым художником герцога, который ценит не только его живописный талант, но даёт ему поручения дипломатического характера. Дважды художник отправлялся «с секретной миссией» к иностранным дворам. В 1427 году в Испанию, где ведёт переговоры о браке герцога с принцессой Изабеллой, дочерью Хаиме 2, графа Ургельского, правда, заканчиваются они неудачей. В 1428 году Ян  ездил в Португалию, где велись новые брачные переговоры, на этот раз за руку другой Изабеллы, завершившиеся бракосочетанием Филиппа Доброго и португальской принцессы. Ян ван Эйк написал два портрета невесты, оба были отосланы жениху, один морем, а второй сушей, но до нашего времени ни один из них не дошёл. Сохранился интересный факт из жизни художника, относящийся к 1427 году. Ян побывал в городе Турне, где жил и работал знаменитый мастер Робер Кампен, старший и опытнейший коллега по цеху живописцев. 18 сентября в день св. Луки, покровителя художников, ван Эйку был оказан почетный приём, на котором он познакомился с другими выдающимися мастерами, хотя мог знать их и раньше. Можно только вообразить себе, какое это было значительное событие, поскольку искусство Робера Кампена служило примером для Яна ван Эйка, как его собственное творчество для Рогира ван дер Вейдена.

    Художник был женат, его жену звали Маргаритой, и родилась она в 1406 году.  Супруги имели десять, по другой версии, одиннадцать детей. Семья жила в Лилле, Турне, Генте, но дольше всего, в Брюгге, где в 1431 году, художник купил дом. Герцог Филипп Добрый посещает его мастерскую. В 1434 году герцог становится крестным отцом первенца художника и жалует счастливому отцу в подарок шесть серебряных чаш.

    9 июля 1441 года Ян ван Эйк скончался в Брюгге и был похоронен сначала в ограде церкви св. Донациана. Через год жене и детям разрешили перезахоронение останков художника внутри церкви, около купели.

    Все сведения о знаменитом мастере, увы, относятся к последнему периоду его жизни. Ничего точно не известно о начале творческого пути, и ранние работы вызывают до сих пор много споров. У кого учился Ян? У своего старшего брата Губерта? Но Губерт ван Эйк – сам по себе, лицо таинственное. Его имя упоминается в денежных счетах города Гента, о нем оставили свидетельства путешественники-иностранцы и местные любители искусств, но все эти свидетельства косвенные. Круг приписываемых ему работ невелик. Сравнение зрелого стиля братьев говорит о большом различии. Губерт предпочитал устоявшийся позднеготический стиль, но Ян смело ломал старые традиции. Конечно, младший брат мог пройти хорошую школу мастерства под руководством старшего. Далее Ян развивался совершенно самостоятельно. Они вместе трудились над созданием знаменитого Гентского алтаря, но Губерт умер в 1426 году, не закончив работу.

    Совместной работой братьев считается картина «ЯВЛЕНИЕ АНГЕЛА ЖЁНАМ-МИРОНОСИЦАМ. В ней видны явные новаторские следы Яна. 

Губерт и Ян ван Эйк
Явление ангела женам-мироносицам

    Сюжет картины взят из Евангелия. Три Марии приходят к могиле Христа, чтобы умастить его тело, но застают гробницу пустой, и тут им является божий вестник, ангел и сообщает о ВОСКРЕШЕНИИ ХРИСТА.  Автор фигуры ангела, сидящего на крышке пустой гробнице, несомненно, Ян. Фигура в белых одеждах будто наполнена светом и воздухом – она из мира небесного, но как непосредственно и просто обращается ангел к людям с благой вестью. Рядом с ней пропадает скованность и средневековая неуклюжесть остальных персонажей.

    Вполне возможно, свой творческий путь Ян ван Эйк начинал с миниатюры. На его родине, в Маасэйке, находились монастыри, бывшие центрами производства рукописей, украшенных миниатюрами. Но вот работ, приписываемых бы Яну, не сохранилось, или они, как, например, листы из «Турино-Миланского часослова», вызывают большое количество споров. Остаётся верить свидетельствам современников, или своим глазам, сравнивая миниатюры с произведениями художника.

"Милано-Туринский часослов"
Рождество Иоанна Крестителя

    Но всё это, конечно, предположения и догадки. Главное в творчестве Яна ван Эйка – это новый взгляд на изображение световоздушной среды и глубины пространства. Для художника его времени открытием являлось такое смелое владение цветом, как у Яна. Один из самых ранних и поэтичных его образов – «МАДОННА В ЦЕРКВИ».

Ян ван Эйк
Мадонна в церкви

    Картина исполнена около 1420 – 1427 годов. Возможно, она представляла одну створку диптиха. А на другой был изображен донатор, заказчик. Уже в ней проявляются особенности живописной техники ван Эйка. Известно, что мастер клал краску слоями на белую, покрытую левкасом, поверхность доски. Так он добивался особенной прозрачности цвета. Изображение будто бы светилось изнутри, особым внутренним светом, символизирующим божественное начало. Напомню слова Данте в переводе М. Лозинского: «КАК В ЯНТАРЕ, СТЕКЛЕ ИЛИ КРИСТАЛЛЕ СИЯЕТ ЛУЧ, ПРИЧЕМ ЕГО ПРИХОД И ЗАПОЛНЕНЬЕ ЦЕЛОГО СОВПАЛИ». Таким светом пронизано всё творчество Яна ван Эйка. «Мадонна в церкви» - именно такой образ, созданный молодым художником. Известно, что в 19 веке существовала рама, ныне утраченная, с надписью: «Ты цвет цветов Мать-дочь, Отец-сын/Кто слышал о таком/Бог родил человека» Эти слова являются началом второй строфы средневекового гимна Рождества Христова. Картина является образом Мадонны и содержит намёк на воплощение т рождение Христа. Увенчанная короной, Дева Мария с Младенцем на руках, стоит в арочной галерее готического храма. Солнечный свет, льющийся в окна, имеет символическое значение: «Как солнечный луч, проходя через стекло, не повреждает его, так и Пресвятая Дева осталась девственницей, какой она и была. Тот же смысл несут изображения «Благовещения» и «Коронования», помещенные в виде рельефов на алтаре, за спиной Марии. Готический собор, в котором является Мадонна, напоминает убранство реальных церквей – Сен-Дени, или собора в Генте, но не полной их копией. Мадонна выступает как олицетворение Христианской церкви – именно такая трактовка её образа была распространенной в искусстве 15 века.

  

     «Мадонна в церкви» была написана в те годы, когда Ян ван Эйк, вместе с братом Губертом, принимался за работу над Гентским алтарём. Этот уникальный плод вдохновенного труда братьев-художников – тема следующего рассказа.

Золотой век нидерландской живописи

     

Ян ван Эйк. 
Мадонна с младенцем

  В отделе Искусства ЦДЮБ работает выставка, посвященная одной из самых замечательных эпох искусства прошлого – нидерландской живописи XV – XVII веков. Искусница приглашает читателей блога, открыть для себя поистине волшебный мир возвышенных образов и сияющих праздничных красок. Очередной рассказ - о великих мастерах 15 столетия, создавших «золото Нидерландов».

    Нидерланды – «Низовые земли» - территория на побережье Северного моря в бассейнах рек Шельды, Мааса и Рейна. Здесь долго не могло сложиться единое, самостоятельное государство, и в XI – XIV веках феодальные владения часто враждовали между собой. Одни, в силу своего географического положения, склонялись к Франции, другие – к Германии. Города Фландрии и Брабанта – Брюгге, Гент, Лувен, Ипр – славились богатством. Здесь производились лучшие в Европе сукна, ювелирные изделия, оружие, кружева. Через Нидерланды проходили торговые пути из Англии и стран Балтики, на юг, запад и восток. Расцвет экономики привёл к раннему развитию капиталистических отношений, но в развивающихся городах между трудолюбивыми ремесленниками и патрицианской верхушкой шла постоянная борьба, непрерывные восстания и войны. Феодальные владыки стремились уничтожить вольности горожан. Богатеющее бюргерство постепенно укрепляло свои позиции. В конце XIV века Нидерланды объединились под властью Бургундии. Герцоги Бургундские – отпрыски французской королевской фамилии Валуа. Сын короля Франции Иоанна Доброго, Филипп Смелый, получил Бургундию в качестве ленного владения, вступив в брак с единственной дочерью графа Фландрского. Он, а затем его сын Иоанн Бесстрашный, с помощью силы и искусной дипломатии, стремились отделить Бургундию от Франции и сумели превратить вассальную зависимость от короля в простую формальность. Они завладели всеми Нидерландскими землями, и сын Иоанна Бесстрашного, Филипп Добрый, перенес свою столицу из бургундского Дижона во фландрский Брюгге.

Рогир ван дер Вейден.
Портрет Филиппа Доброго
с орденом Золотого Руна

    После того, как Франция потерпела поражение в битве при Азенкуре (25 октября 1415 года), и Париж пришёл в состояние упадка, центр культурной жизни переместился ко двору Филиппа Доброго.

Битва при Азенкуре.
Миниатюра XV века

    Ко двору Филиппа Доброго съезжаются лучшие мастера с разных концов страны. Живописцы, скульпторы и ювелиры бросаются ублажать герцога и его придворных, заваливающих их заказами. Годы правления Филиппа Доброго – это время процветания Нидерландов и рождения на свет многих шедевров изобразительного искусства. Светская культура двора и героический культ рыцарства повлияли на бюргерство и его приверженность к средневековой религиозной корпоративности. Появилась возможность для реализации ренессансного идеала гармоничного человека и оптимистичного взгляда на мир. В 1430 году при бургундском дворе учреждается Орден Золотого руна – в честь золотоволосой фаворитки Филиппа Доброго и одноименная общенациональная организация, призванная возродить идеалы рыцарских добродетелей и рыцарского подвига. В рыцарской среде возникает полемика по поводу «Романа Розы», вдохновительницей которой стала Кристина Пизанская, прекрасная, образованная дама, способная бросить вызов сильному полу.

Кристина Пизанская читает лекцию мужчинам.
Миниатюра XV века

    Кристина Пизанская не только спорила с мужчинами, но и читала им лекции, блистая большими знаниями и остроумием. Она ратовала за возрождение культа поклонения Прекрасной даме и выступала в защиту женщин, представленных в «Романе Розы» алчными и коварными существами. Защита дамой Кристиной чести и достоинства женщины, её значимости в вопросах семьи и брака – первый шаг к возникновению нового культа семьи, формированию идеологии «семейного индивидуализма», новых прекрасных Мадонн Яна ван Эйка, Рогира ван дер Вейдена, Робера Кампена.

Робер Кампен. Благовещение

Ян ван Эйк. Мадонна канцлера Ролена

Рогир ван дер Вейден.
Святой Лука рисует Мадонн

    Выходит в свет трактат Николая Кузанского, который учит. что ум человека есть воспроизведение творческих способностей Бога в доступных человеку сферах материального мира и создании произведений искусства. Познание Бога открывается человеку через него самого, что и позволяет каждому из нас «быть всем». 

Николай Кузанский

    Философия Николая Кузанского оказала большое влияние на формирование взглядов художников Северного Возрождения» - такое название получила эпоха возрождения Нидерландов в отличие от итальянского Ренессанса.

    В 1467 году власть переходит в руки Карла Смелого, самого амбициозного из представителей бургундской династии.

Рогир ван дер Вейден
Портрет Карла Смелого
с орденом Золотого Руна

    Карл Смелый стремился сделать свою власть абсолютной и даже обожествить собственную персону. Естественно, это привело к усилению средневековых представлений о божественной природе монарха. Но и нарушилось равновесие между властителем и стремлением горожан к самостоятельности. К семидесятым годам XV века художественный центр постепенно перемещается из Фландрии в Голландию. Религиозные сюжеты приобретают бытовую окраску. На картине Гертгена тот Синт-Янса церковный интерьер, где происходит действие, похож на обычный дом, наполненный предметами обихода. Все персонажи  похожи друг на друга, но зато все чисты и невинны, как бы подняты над реалиями повседневной жизни. Человеческая личность художника почти не интересует.

Гертген тот Синт-Янс
Святая родня

    5 января 1477 года произошла битва при Нанси, между швейцарско-лотарингскими войсками, поддерживаемыми Францией и армией Карла Смелого. Карл Смелый пытался захватить Лотарингию с целью соединения своих разрозненных владений (Нидерланды и Бургундия) и создания самостоятельного королевства. Исход битвы решили швейцарцы. Войска Карла Смелого  потерпели сокрушительное поражение. Сам Карл, последний герцог Бургундский, погиб на поле боя. 

Эжен Делакруа. Битва при Нанси

    Бургундия снова вернулась под власть Франции. Единственная дочь Карла Смелого, Мария, ещё при жизни отца, была выдана замуж за Максимилиана I Габсбурга, впоследствии короля Германии, императора Священной Римской империи. Нидерланды перешли под власть Габсбургов. Хотя власть Габсбургов была воспринята, как чужестранная, бюргерские города продолжали успешно развиваться и богатеть. Их развитие проходило всё так же под воздействием феодальной власти. Нидерландские города не могли освободиться от неё, по примеру городов Италии. Нидерландское бюргерство приспосабливалось к феодальной власти, отсюда и сохранение элементов средневековой культуры, и большой роли церкви во всех областях духовной жизни. Поэтому живопись впитала в себя традиции поздней готики, надолго сохранив религиозный характер. Нидерландские художники не могли, как представители итальянского Ренессанса, опереться на наследие античности. Идеи гуманизма здесь распространились значительно позже, долго сохранялись старые живописные приёмы. Однако есть и то, что роднит живопись Италии и Нидерландов – это светлое, радостное и человечное мировоззрение.

Ганс Мемлинг. Поклонение волхвов

    Несмотря на это, с течением времени в нидерландском обществе усиливалось чувство несовершенства мира, внешней угрозы, политической нестабильности, ожидания «черной смерти» - оспы, против эпидемии которой люди были бессильны. Усиливается чувство пессимизма и одиночества, страха перед смертью и муками ада. В 1489 году выходит руководство для охотников за ведьмами «Молот ведьм». Всё это находит отражение в творчестве Иеронима Босха, которое как раз совпадает с истерией поиска ведьм в обществе. В 1497 году в Цюрихе был уличен в колдовстве петух, который снёс яйцо и публично повешен. Как тут не родиться фантасмагории Босха? Его творчество отличается от всего, что было создано в XV веке в Нидерландах. Для него характерна тесная связь со средневековым искусством и фольклором.

Иероним Босх. Корабль дураков

    Босх умер в 1516 году, а в 1517 Мартин Лютер прибил свои тезисы к дверям церкви в Виттенберге. Началась эпоха Реформации - эпоха Нового времени.

    Далее Искусница расскажет о наиболее ярких представителях 

Золотого века живописи Нидерландов.